У Путина впервые появились серьезные оппоненты
«Восстание школоты», как уже назвали митинг в Москве 26 марта, таит в себе намного более серьезную угрозу для Кремля, чем принято считать
Что случилось
Формат и основная идея антиправительственных митингов, прошедших 26 марта в сотне российских городов, стали совершенно новым явлением как для государственной власти, так и для оппозиции.
Ни те, ни другие оказались совершенно не готовы к быстро изменившейся реальности протестного движения, которую только начинают осмыслять в обоих лагерях. Тот, кто сделает верные выводы первым, получит предпочтительные шансы на успех в политической борьбе в среднесрочной перспективе.
Главным фактором крутого изменения всего оппозиционного дискурса стало внезапное и массовое появление на политической арене совершенно нового, крайне активного и бесстрашного поколения – молодых (или даже юных) людей, которым едва за 20 и меньше. Проще говоря – подростков, тинейджеров.
Из этой новой реальности вытекает два важнейших последствия: появление бесспорного лидера оппозиции, а также смена тактических целей и методов их достижения у противников Владимира Путина.
Кто пришел
Появление десятков тысяч совсем молодых людей на митингах российской оппозиции моментально и в один голос отметили все люди постарше, кто только там находился. В России мероприятия подобного рода никогда еще не привлекали столько школьников и студентов – их было очень много: возможно, треть от общего числа участников, возможно и больше.
Изменение демографии состава участников сразу же сказалось и на общем настроении. Усталый и во всем разочарованный средний класс, который обычно составляет подавляющее большинство митингующих, заметно взбодрился. Люди писали в соцсетях, о «совсем другом настроении», о том, что «похоже, начинается что-то серьезное» и о совершенно очевидном эмоциональном подъеме.
Главное отличие от прошлых митингов – это готовность вновь прибывших к активным действиям. В самом дебюте любого московского митинга происходит обязательный ритуал: полиция арестовывает Алексея Навального и увозит его в ОВД. Поначалу шло, как обычно: отряд ОМОНа оттеснил оппозиционера от сторонников, скрутил и затащил в автозак. Обычно стоящие рядом митингующие пару минут кричат «Позор!» и идут дальше.
Однако на этот раз произошло что-то доселе невиданное: демонстранты, в рядах которых преобладала молодежь, вытащили на середину проезжей части легковой автомобиль, а потом заблокировали автозаку дорогу. Полицейские, впервые столкнувшиеся с таким непослушанием, поначалу опешили, но потом выстроились «свиньей» и не без труда все-таки расчистили автобусу с Навальным путь в отделение полиции.
На этом сюрпризы не закончились: в районе Пушкинской площади демонстранты решились на неслыханное для московских протестов дело: начали сооружать баррикаду. Она, правда, получилась совсем жидкой и легко была преодолена ОМОНом, но сам факт такого строительства весьма необычен для Москвы. Ну а потом началось главное.
Полиция во время московских акций протеста привыкла действовать совершенно безнаказанно. Люди запуганы «Болотным делом», по которому людей отправляли в тюрьмы лишь за попытки прикрываться от наседающего ОМОНа, вооруженного дубинками. Но в этот раз там и тут вспыхивали самые настоящие сражения, где полицейским противостояли как раз самые молодые участники демонстрации. Одного из «космонавтов» в результате драки даже пришлось отправить в реанимацию. Сейчас по делу о покушении на его жизнь подозреваемым проходит парень 1999 года рождения. Лежа в больнице, омоновец вспоминает, с чего все началось: «Они стали жутко себя вести, не подчиняться…»
ОМОН, осатаневший от такой наглости, бил и «паковал» молодежь так же, как и взрослых.
Но на фотографиях с места событий видно, что некоторые из задержанных, которых вели с заломленными за спину руками, – совсем дети. Максимум – 14-15 лет.
Когда взрослые уже разошлись по домам, молодежь направилась в переулки и на прилежащую к Кремлю Манежную площадь, где пыталась продолжить митинговать. Полиция отлавливала тинейджеров и там, отправляя в и без того переполненные отделения. В результате львиную долю задержанных составили именно молодые, самые активные, люди.
Во время всех этих событий юные участники постоянно снимали все на камеры своих телефонов, вели стримы, фотографировались и писали в соцсетях о происходящем. Даже оказавшись в автозаках, они, в отличие от людей постарше, не унывали, воспринимая происходящее как приключение и предмет для гордости, а вовсе не как серьезную проблему.
В этом – ключевое отличие новой для протестов возрастной группы – они не боятся.
Более того, им нравится открытое противостояние с серым, безликим, лживым и давящим государством. Для них протест – это не вынужденная необходимость, как для среднеклассных завсегдатаев митингов оппозиции, а способ показать себя, продемонстрировать окружающим свою храбрость, решительность и даже силу.
И у них это получается. Тинейджеры, чьи стримы и/или трансляции с места событий стали популярны, моментально стали если не звездами, но весьма известными людьми в своей среде, о которой надо рассказать отдельно.
Интернет-2
Многие россияне, считающие себя нонконформистами, с гордостью говорят о том, что не смотрят телевизор. В последнее время страна довольно четко разделилась на две условные партии: «зомбоящика» и интернета. Первых окормляет Дмитрий Киселев и Владимир Соловьев (последствия понятны). Вторые получают новости из иностранных газет, социальных сетей и немногих оставшихся свободными российских СМИ. Они – часто небезосновательно – считают себя более продвинутыми, развитыми, демократичными и толерантными, нежели «телепартия».
Эти люди не выносят путинский режим, выступают против войны с Украиной и искренне не понимают, какого лешего Россия забыла в Сирии. Как правило, это тот самый московский средний класс – менеджеры, работающие в офисе, выплачивающие ипотеку и катающиеся на неплохой машине. Они ездят отдыхать не в Турцию, а в Европу, скучают по французским сырам, пропавшим из-за санкций, и слушают Шнура со Слепаковым, высмеивающих нынешние порядки. И да, с тяжелым сердцем и не без опаски они ходят на митинги против опостылевшей власти, поскольку считают себя последним, но уже обреченным оплотом Европы посреди яростно наступающего океана Азии.
Но, как выяснилось 26 марта, все не так уж и печально. Помимо «зомбоящика» и «фэбэшечки» существует еще одна коммуникационная среда, о которой вообще мало кто знает. Российский журналист Кирилл Мартынов, в совершенно гениальной колонке для «Новой Газеты» назвал ее интернет-2. Это группы ВКонтакте и закрытые, для своих, сообщества в различных мессенджерах, где собираются те самые тинейджеры, которых подташнивает от многоумных «экспертов» и «лидеров мнений» в Facebook и Twitter.
У них там существует собственная культура, настоящая коммуникационная экосистема, часто закрытая от постороннего взгляда. Она живет по собственным законам, там есть свои лидеры мнений и блогеры-миллионники, котируется своя система ценностей и интересов. Внешний мир крайне редко сталкивается с какими-либо проявлениями этой среды. Один из немногих случаев (никак с политикой не связанный) – это так называемые «группы смерти» или «Синие киты», которые являются одним из небольших уголков этой вселенной.
По мнению Мартынова, ее обитатели в последние годы оказались выброшены из российской системы политических и экономических отношений – они «ничьи». Они не боятся главной российской страшилки – «лихих девяностых», поскольку тогда еще даже не родились. По той же причине им непросто втолковать, что «Путин спас Россию». Они (страшно сказать) не считают распад СССР «главной геополитической катастрофой XX века», поскольку это событие стоит в одном ряду с нашествием монголов и русско-японской войной.
Что еще важнее, сознание подростков не захламлено советскими штампами и стереотипами. Они часто даже не понимают священного для любого «совка» выражений типа «колбаса по два-двадцать» или «всесоюзная здравница». Однако российское государство (и это очень важно!) сейчас изо всех сил пытается вкрутить в молодые головы всю эту давно протухшую чушь под соусом «патриотизма». В школах проводят «уроки обществоведения», на которых стареющие дамы с высокими прическами рассказывают о преимуществах «сильного лидера» – Владимира Путина и «вставании с колен».
Разумеется, у подавляющего большинства подростков, обладающих доступом к своему, родному, интернету-2, это вызывает отвращение или смех. Ну а чувство протеста, обязательное в этот период жизни любого человека, только усиливает ощущение тотальной лжи, лицемерия, мракобесия и ретроградности системы.
Мартынов сделал еще одно важное и справедливое наблюдение: почти всем российским тинейджерам сейчас совершенно нечего терять.
У них и их родителей нет денег (экономический спад), нет перспектив (в стране фактически действует кастово-феодальная система), нет никакого социального статуса (пока не заработали, да и опять же – нет перспектив). В этих условиях выделиться из толпы не так-то просто. С учетом реалий интернета-2, весьма интересной становится возможность выйти в люди на ниве (видео)блогерства. Но для этого нужна актуальная и интересная тема, желательно – с героическим контекстом. И она нашлась.
«Бунт школоты»
Признаки того, что в России появилась новая группа людей, не признающих авторитет власти, и не желающих ей подчиняться, были и ранее. Например, летом 2015 года московские власти запретили проведение «Фестиваля Красок» – мероприятия, выросшего из Дня Независимости Индии. Суть его проста – люди просто забрасывают друг друга яркими разноцветными порошками. Выходит забавно, весело и красиво.
Из-за собственного невежества московские власти решили, что в одном из парков на востоке города собирается оппозиционное шествие. К месту действия прибыла полиция и ОМОН, которые, вальяжно встав неподалеку, потребовали «прекратить несогласованный митинг». Оппонентами были простые школьники, поэтому полицейские немало удивились, когда резвящиеся нежные создания начали обкладывать их четырехэтажным матом, которого они не слышали от самых злобных оппозиционеров. К оппозиции и политике фестиваль не имел вообще никакого отношения, поэтому участники его всерьез рассердились.
Полиция, однако, «начала работать», но тут же нарвалась на зверское сопротивление: школьники принялись загонять в углы и бить толпой отбившихся от стаи омоновцев. Никакого желания расходиться они не проявляли. На крышах полицейских машин прыгали девочки, мальчики расписывали их обидными граффити, вроде A.C.A.B.
Спустя некоторое время полиции прибыло подкрепление. Всех смутьянов, конечно, повязяли, а многих еще и побили. Интернет-2 засветился тревожным, нежно-багровым цветом от коллективной ярости. Все происходившее на востоке российской столицы снимали десятки, если не сотни телефонов, поэтому новость о жестоком избиении полицией участников фестиваля распространилась молниеносно. Люди даже делали специальные видеоролики, чтобы объяснить произошедшее. Власть проделала шикарную работу, чтобы ее возненавидели.
Таких случаев было еще несколько – волнения на Манежной площади, но всякий раз в российском руководстве никто даже и не думал о последствиях. «Какой резон заниматься малолетними балбесами, когда у нас тут большая геополитика, Трамп избирается, Сирия в огне, да еще и Украина занозой в боку сидит?». Это стало Серьезной Ошибкой.
Димон, мемасы и YouTube
Российский оппозиционер Алексей Навальный – это, пожалуй, единственный в мире человек, которого Владимир Путин никогда на людях не называет по имени. Вместо этого он использует эвфемизмы, вроде «некоторые люди», «этот господин» или «известный уголовник». В общении с прессой российский президент лишь один раз произнес слова «Алексей Навальный». Это произошло в 2013 году, когда его в кулуарах Валдайского форума его припер к стенке американский журналист Алек Лун. Репортер спросил, намеренно ли Путин не называет своего оппонента по имени. Тот ответил, что нет – «Алексей Навальный один из лидеров оппозиционного движения». Все.
Кстати, 26 марта этот же Лун, в числе многих был задержан полицией в Москве. На вопрос, за что его задержали, веселый омоновский лейтенант ответил: «Вероятно, за убийство Кеннеди».
Сакральный страх Путина перед произнесением имени Навального 26 марта получил стопроцентное логическое наполнение.
Если последние полтора десятка лет в России был лишь один политик с собственной повесткой дня – ее президент, то теперь появился и второй – Лидер оппозиции. Заглавная буква не случайна, реальные изменения в России возможны только тогда, когда против власти людей ведет один человек – бесспорный лидер, каким, например, в свое время был Борис Ельцин.
Навальный, конечно, не идеальный, но он сумел сделать то, чего после Ельцина никому не удавалось – вывести на улицы не только «профессиональных оппозиционеров», но и простой народ. Более того, с помощью своего политического чутья он сумел достучаться и до тех самых подростков, которые и стали сейчас двигателем процесса.
Во многом успеху оппозиционера поспособствовали российские государственные СМИ. Навальному категорически закрыт доступ на российские телеканалы, поэтому он просто вынужден был вести свою агитацию в интернете. Постепенно мастерство и креативность его команды в этом деле росли, покуда не достигли впечатляющих высот. Навальный сотоварищи стали главным, пожалуй, генератором интернет-мемов («мемасов»), их видеоролики расходятся миллионами просмотров, и даже атаки со стороны власти (например, обливание зеленкой) они с легкостью оборачивают себе на пользу.
При этом оппозиционер не давит свою паству «единственно верным» видением мира, он смеется (в том числе над собой), приглашает аудиторию к диалогу (комментарии везде открыты), просит сомневаться и держать под контролем его самого. Это настоящий глоток свежего воздуха для российского медиа-пространства, где безраздельно царят лоснящиеся от жира говорящие головы, жестко навязывающие безальтернативную картину мира с Великим Национальным Лидером во главе.
На этом фоне для значительной доли подрастающего поколения Навальный стал «своим в доску». Молодые люди относятся к нему по-разному, но в один голос утверждают, что он говорит на родном и понятном им языке, а также использует привычные им методы донесения информации. Например, одним из бесспорных достоинств оппозиционера его сторонники считают то, что он «все выкладывает в YouTube». Этот видеохостинг уже давно стал заменой телевизору для большинства подростков.
Там они посмотрели фильм Навального о яхтах, дворцах и виноградниках Медведева. Туда выложили разговор о политике брянских школьников (моментально ставших героями) с их директриссой. Там они увидели призывы собираться на улицах российских городов против «Димона». И они пришли поддержать Лёху, как Навального часто называют его молодые сторонники. В конце концов, он предлагает им весьма недурную альтернативу ныне существующему коррупционно-феодальному болоту. Противостояние гнилому режиму, уличный протест, драки с полицейскими, популярность в школе и интернете – это куда интереснее нудных училок, талдычащих о поросших мхом «достижениях советской промышленности». Более того, все это – во имя прекрасной и светлой цели – искоренения коррупции и построения открытого общества.
Уличная политика стала модной. И это – очень серьезно.
Появилась новая, мощная, энергичная и невероятно мотивированная сила. И это способно серьезно самым серьезным образом повлиять на то, что будет происходить дальше.
Эскалация
Российские либералы, выходившие на улицы с протестами в начале 2010-х, требовали смягчения и либерализации режима. Они хотели, чтобы власть признала их возросшее влияние и дала им некоторые свободы, ему соответствующие. Ниспровержения власти Путина и Медведева тогда требовали только самые радикальные участники протестных акций. Драться с полицией никто не хотел, от нее убегали.
Однако российских руководителей напугало и это совершенно беззубое проявление нелояльности в специально отведенных загончиках. «Болотное дело» стало апофеозом «закручивания гаек». Оппозиция была разбита, Кремль успокоился и занялся внешними вопросами – вторжением в Украину и участием в сирийском конфликте.
Сейчас же сложилась принципиально иная ситуация. Обретение оппозицией лидера, а также приближение президентских выборов (они состоятся в марте 2018 года) требует от противников власти весьма решительных методов. Если либерализации добиться не получилось, то пусть так – нужна эскалация противостояния. Всем бунтарям известно, что в (пред)революционные моменты градус ненависти общества к власти лучше всего наращивает она сама – с помощью показной жестокости и насилия. Проще говоря, чем больше и злее полиция избивает демонстрантов, тем меньше у народа симпатий к правителям.
И во время арабских революций, и во время украинского Майдана наибольшее число противников власти выходило на улицы после массовых избиений (или даже убийств) демонстрантов, особенно если те были детьми и подростками.
А в России сейчас именно они и вышли в первую линию противостояния с полицией. Убегать от нее они не собираются. Напротив, они зачастую ищут столкновений с ОМОНом, изучая в сети ролики о том, как ломать полицейские цепи и отбирать у оппонентов дубинки. 26 марта не напугало этих людей, эти протесты стали для них лишь «пробой пера», разминкой перед будущими баталиями.
Российское правительство оказалось перед очень серьезной дилеммой.
С одной стороны, оно не может себе позволить выполнить требования митингующих. Путин принципиально не принимает решений под давлением, к тому же, неизвестно, чего они потребуют в следующий раз.
С другой стороны, власть не может показать слабость, отдав улицы оппозиции – так и до Майдана с палатками на Красной площади недалеко будет. То есть митингующих надо бить и наказывать еще жестче, чтобы они убрались с площадей по домам в страхе и панике.
Но с третьей стороны, избиение и/или массовая посадка детей – это прямая дорога к настоящей ярости со стороны смирного пока общества, к миллиону людей на улицах. Что бывает в этих ситуациях дальше, может в деталях рассказать один видный житель Ростова-на-Дону.
Кремль явно растерялся. Хорошего выхода из сложившейся ситуации для него сейчас нет. Пресс-секретарь Путина – Дмитрий Песков – выступил с совершенно идиотским заявлением, что «оппозиционеры пообещали подросткам деньги, если тех будут задерживать». Поскольку это очевидная чушь, этим заявлением Песков только разозлил молодежь, в очередной раз доказав лживость и лицемерие власти.
Сейчас вся Россия ожидает выхода на свободу Алексея Навального, которому после митинга влепили 15 суток административного ареста. Сейчас многое будет зависеть от того, решится ли он на новый митинг и эскалацию противостояния с властью. Это, кстати, тоже непростой для него вопрос: теперь он точно знает, что в драках с полицией могут пострадать несовершеннолетние. Далеко не каждый решится вести на полностью экипированный ОМОН жаждущее битвы, но совсем юное воинство.
Однако, судя по всему, другого выхода у лидера российской оппозиции сейчас нет. Если он отступит, то моментально растеряет авторитет, а его место просто займет кто-то другой.
В молодежной среде после 26 марта нет недостатка в желающих стать вожаком самого модного и многообещающего тренда сезона – свержения Владимира Путина.
* * *
Иван Яковина
«Новое время»