L’Express о веганах и французском застолье
Трудно представить себе нацию, в культуре которой совместный прием пищи занимал бы столь же важное место, какое он занимает в культуре французов. Трапеза с другими людьми — момент единения, позволяющий лучше узнать друг друга и преодолеть различия. Но как собрать за одним столом вегана, мясоеда, человека с непереносимостью глютена или лактозы, сидящего на протеиновой диете и аллергика? Журналисты издания L’Express задаются вопросом, не ставят ли диетические ограничения под угрозу традицию совместных трапез и способны ли еще французы есть вместе.
В 1950-х годах философ и литературовед Ролан Барт отмечал, что всю Францию объединяет любовь к четырем продуктам — молоку, вину, бифштексам и жареному картофелю. Но, как пишет L’Express, «тех, кто пьет молоко все меньше и меньше, за любителем вина всегда внимательно следят, на мясоеда показывают пальцем… Остается картофель фри, да и то многие считают его слишком жирным».
Как пишет журнал, застолья для французов становятся менее важными, чем диета.
А выражение «разделить трапезу» меняет свой смысл и превращается в исключительно цифровое: люди «разделяют» трапезу не с близкими, а со своими подписчиками в соцсетях, когда публикуют фотографии блюд с хештэгом «food». «Становится практически полностью ясно, почему наша страна так стремилась в 2010 году включить французское гастрономическое застолье в список нематериального наследия ЮНЕСКО наравне с хорватским кружевоплетением, грузинским полифоническим пением и рисунками на песке в Вануату. Будто это памятник, которому угрожает опасность», — пишет L’Express.
Первым делом — протеины, общение — потом
В контекстеИ немного о ГМО... Если вы решите изменить ДНК яблока так, чтобы помимо «яблочных» белков в нём синтезировались ещё и соевые, вы должны предупредить об этом потребителя. Ведь если у него аллергия на соевый белок, то у него будет аллергия и на яблоко с примесью соевых белков.
От разнообразия пищевых обыкновений сложнее всего приходится тем, кто работает в сфере общественного питания. Автор статьи приводит слова владелицы кейтеринговой службы Камиллы, которая жалуется на клиентов, ставящих перед ней сложнейшие задачи — не просто накормить 80 человек за разумную цену, но и учесть пищевые предпочтения каждого.
Адаптируются к разнообразию предпочтений и в семьях.
Сотрудница рекламного агентства Софи старается есть лишь биологические продукты, ее сын — вегетарианец, дочь любит белое мясо, а муж — мясо с кровью. По мнению хозяйки дома, это разнообразие вкусов ни в коем случае не портит момента единения. «Если бы кто-то из моих детей не получал бы удовольствия от приема пищи, я бы огорчилась», — признается женщина.
Чтобы удовлетворить каждого из членов семьи, Софи перешла на застолья «в формате буфета»: она ставит на стол все, что приготовила, и каждый сам накладывает себе то блюдо, которое он любит или может попробовать. Впрочем, у такого компромисса есть и минус — в конце каждой недели Софи по полдня стоит у плиты. «А если в выходные мы ждем гостей, то и вовсе весь день», — замечает она.
Если о том, какие продукты употребляют в пищу члены их семьи, хозяева дома обычно осведомлены, то о предпочтениях и ограничениях гостей им известно далеко не всегда. L’Express приводит цитату из книги 1931 года, посвященной правилам приличия. В ней говорится о том, что приглашающей стороне нужно стремиться подготовить застолье таким образом, чтобы каждый гость мог найти что-то для себя.
Тем не менее, если хозяева дома не знали о том, что приглашённые не едят какое-либо блюдо, гостям не следует ставить их в неудобное положение: «можно пойти на небольшое нарушение и немного поесть, выбрав блюда, которые покажутся более близкими к тем, которые разрешены».
По мнению социолога Клода Фишлера, исследовавшего вопрос изменения пищевых обыкновений, «речь идет не столько о питании, сколько о нутрициологии. Такой взгляд очень узок. Это больше не вопрос продуктов питания, а их пищевой ценности, их составных элементов, протеинов, липидов, углеводов, не говоря уже о микро-составных элементах, таких как витамины и минеральные соли».
Французы так сконцентрированы на том, какие именно микроэлементы они потребляют, что забывают о более глобальных вещах, в том числе о радости совместной трапезы и ее культурном объединяющем характере. Это ведет к исчезновению правил поведения за столом, в основе которых лежало понимание приема пищи как коллективного ритуала. Как считают журналисты L’Express, теперь слово «правила» к застольям не применимо, а на первый план вышло желание подчеркнуть свою инаковость даже во время еды.
«Нас все еще объединяет картофель!»
В контекстеКнига, содержащая ГМО В книге Панчина подробно и аргументированно, со ссылками на специальную литературу, излагается современный научный взгляд на генную инженерию. Объясняются конкретные механизмы вмешательства учёных-теоретиков и селекционеров-практиков...
Терпимость к причинам, по которым человек не ест те или иные продукты, зависит от природы этих самых причин. С наибольшим пониманием французы относятся к тем, кто не употребляет что-любо в пищу по медицинским показаниям. Но за стол приглашают не только человека с медицинской картой, но и с его религиозными, философскими и политическими убеждениями. Согласно результатам исследования Национального агентства санитарной и пищевой безопасности Франции,
в 2017 году вегетарианцы составляли 3% населения страны, еще 10% опрошенных отмечали, что планируют исключить мясо из своего рациона в ближайшее время.
Веганов во Франции меньше, чем вегетарианцев, и их мотивация, по мнению философа Тьерри Оке, больше походит на религиозное пуританство.
Он полагает, что присутствие вегана за столом накладывает определенные морально-этические ограничения на тех, кто разделяет с ним трапезу: «Помимо осуждения убийства животных, ставится вопрос под застолье как форма конструирования общества. Оно даже начинает носить криминальный характер: гурманство, вкусовое удовольствие и сами пища начинают сопровождаться чувством вины. Еда меняет свое значение… Веганство в своем поиске абсолютной чистоты может становиться практически религиозной заповедью, затрагивающей всех».
Если, с точки зрения некоторых исследователей, веганство может носить почти религиозный характер, настоящая религия без сомнения является старейшей причиной для того, чтобы скорректировать рацион. К примеру, центры социологических исследований Solis и Ifop констатируют рост рынка халяльных продуктов во Франции.
А выступая на радиостанции Europe1, писатель и преподаватель истории и географии из департамента Сен-Сен-Дени Янис Роде рассказывал, что во время одной из экскурсионных поездок класса 35 школьников из 50 отказались есть курицу, которая была им предложена, так как та не была халяльной. Они пообедали картофелем фри».
«Значит, Ролан Барт был прав! Нас все еще объединяет картофель!» — шутит журналист L’Express.
* * *
Анна Тихомирова
«RFi»
«L’Express»