Ровно 100 лет назад
Сто лет назад, 26 сентября, смолк величайший артобстрел в истории США, когда за несколько часов было выпущено больше снарядов, чем за всю Гражданскую войну, и 350 тысяч американских солдат двинулись в Мёз-Аргоннское наступление через «ничью землю» в атаку на немецкие окопы.
Французские и британские войска завязли в своих секторах, и американской пехоте предстояло перерезать ключевой маршрут снабжения немецкой армии в Западном фронте и положить конец Первой мировой войне.
Роль США в Первой мировой — один из величайших подвигов столетия, но почему-то о ней редко когда вспоминают. Большинство историков скажут вам, что армия США прибыла на Западный фронт слишком поздно, чтобы повлиять на исход войны, который предопределили стойкость Антанты, тактическое превосходство ее военачальников, британская блокада немецких портов, и, наконец, истощение немецких войск и революция.
Скажем без обиняков: не высадись армия США во Франции в 1918 году, Первую мировую войну выиграла бы Германия.
Французы и британцы к тому моменту держались из последних сил. Уже к концу 1917 Франция потеряла убитыми 3 миллиона человек, а Великобритания — 2 миллиона. В 1917 году во французской армии и вовсе поднялся мятеж: половина фронтовых частей была деморализована и в атаку на немцев идти отказывалась.
У британцев дела шли не лучше. Только за 1917 год они потеряли убитыми 800 000. Кульминацией неудач стала трехмесячная осада хребта Пашендейль, где ради узкой полоски грязи шириной всего в пять километров сложили жизни 300 тысяч британских пехотинцев.
Первая мировая война в цифрах
В 1918 году число французских мужчин призывного возраста стало в буквальном смысле слова государственной тайной — столь мало их оставалось в живых. Свои 110 дивизий Франция сохранила отнюдь не благодаря пополнениям — свежих сил не было вовсе — а лишь потому, что число полков в дивизии сократили с четырех до трех. У Великобритании за Западном фронте оставалось 62 дивизии.
Не вмешайся американцы, они планировали сократить их число до 30 (а то и того сильнее) — чтобы в конечном итоге вовсе свернуть все сухопутные операции в Европе.
В контекстеТретья мировая к столетию Первой В условиях жесткого противостояния, поводов для конфликта может найтись гораздо больше. Скорее всего, создадут их, как это и было в случае с Первой мировой, небольшие сателлиты и союзники противостоящих держав. Причем варианты здесь возможны самые неожиданные.
В 1918 году, ставшим в итоге для Антанты «годом победы», удача поначалу улыбалась немцам. Во французской армии хромала дисциплина и катастрофически не хватало солдат. Британские силы были на четверть обескровлены битвой при Пашендейле, и пополнение личного состава было исключено.
Премьер-министр Дэвид Ллойд Джордж лично отказал фельдмаршалу Дугласу Хейгу в подкреплении для Западного фронта — столь тяжелы и противоречивы были потери. Ллойд Джордж опасался, что в Великобритании случится социальный переворот, если число убитых и раненых продолжит расти, и сетовал, что Хейг «утопил армию в крови и грязи».
Сложно представить себе менее удачный момент для ослабления французских и британских войск:
немцы только что разбили русских и итальянцев и начали развертывать на 100 свежих дивизий для решающего наступления.
На Западном фронте они сосредоточили 3,5 миллиона солдат при полном превосходстве артиллерии против 2,5 миллионов деморализованных британцев и французов.
Кто же спас положение? Американцы. В апреле 1917 года США объявили Германии войну, в последующие набрали миллионную армию (Американские экспедиционные войска), а зимой 1917-18 спешно переправили ее во Францию.
В июне 1918 года немцы сокрушили 50 французских дивизий и продвинулись до самой реки Марны, всего в 80 километрах от Парижа. Промаршировав пыльными проселочными дорогами мимо толп французских беженцев и дезертиров, удирающих с криками «Война проиграна!», американские пехотинцы и морпехи вступили в бой в Шато-Тьерри и лесу Белло и остановили немецкое наступление на Марне.
Хейгу же светило поражение во Фландрии: в апреле 1918 года он телеграфировал в Лондон, что британские войска «приперты к стенке».
Американская поддержка силой в 100 французских или британских дивизий позволила маршалу Фошу высвободить часть французских войск и бросить их на подмогу в британский сектор, где Томми (прозвище британских солдат, прим. перев.), ошарашенным оценкой Хейга, оставалось лишь вдыхать аромат морского бриза сквозь боевой смрад и недоумевать, глядя на Ла-Манш: «какая еще, к черту, стена?».
Первая мировая война в цвете
Весной и летом, американцы спасли Великобританию и Францию, а осенью — разбили немецкую армию. Большая часть историков полагает, что войну выиграло знаменитое Стодневное наступление маршала Фердинанда Фоша — совместное англо-франко-американское окружение немецкой армии на Западном фронте — особо отмечая вклад британских и французских войск и отзываясь об американских победах при Сент-Миеле и в Мёз-Аргоннской операции как об эпизодах проходных.
Как бы не так. После воодушевляющего успеха в августе и сентябре британское и французское наступление забуксовало. В 1918 году дополнительные потери Хейга составили почти полмиллиона, и такое же положение было у французов. Свои тающие силы они бросили на то, чтобы пробить брешь в линии Гинденбурга.
На Маасскую, Мозельскую и Рейнскую линию укреплений — а сдавать их немцы не собирались ни в коем случае — их уже не оставалось.
Военный кабинет Ллойда Джоджа даже предупредил Хейга, что он ведет на восток «последнюю армию Великобритании» — и оставалось от нее все меньше и меньше. На носу была зима, Антанта просела, и успех висел на волоске — все зависело от того, пробьются ли американцы от Сент-Миеля и Вердена на север к Седану, важнейшему опорному району Германии к западу от Рейна.
В контекстеКонсерваторы, которые возродили Израиль Что остается загадочным во всей этой истории – каким образом идея, предложенная сионистами и поддерживаемая в течение многих лет правыми политиками, привела к созданию левого и практически социалистического государства Израиль в 1948 году?
Верден всегда был для немцев занозой — вокруг него немецкий фронт круто выгибался, резко ограничивая железнодорожную мобильность Гинденбурга и оставляя большие возможности союзникам. Антанта, будь у нее достаточно сил, могла бы перерезать знаменитую четырехколейную железную дорогу Седан — Мезьер, по которой немецкая армия снабжалась продовольствием, боеприпасами и подкреплениями.
В ходе Мёз-Аргоннского наступления, продолжавшегося с 26 сентября по 11 ноября 1918, американцы пронзили наиболее грозно укрепленную часть линии Гиненбурга, вышли на оба берега реки Маас (Мёз) в Седане, отобрали у немцев ключевой естественный рубеж и перерезали важнейшую четырехпутную магистраль с пропускной способностью в 250 немецких поездов.
Пока железная дорога была в их руках, немцы могли перебрасывать до пяти дивизий в течение пары дней в любую часть Западного фронта.
После ее потери их мобильность едва достигала одной дивизии за тот же промежуток времени. Один британский корреспондент назвал американское наступление «рывком матадора во время корриды». Этот удар и добил немцев.
Американская пехота выиграла войну, заперев немецкую армию во Франции и Бельгии и перерезав ее артерию. Этот новый взгляд на события 1918 года не только восстанавливает историческую справедливость, воздавая должное армии США, но и приносит с собой два важных достижения.
Во-первых, история Первой мировой войны будет кардинальным образом переписана. Во-вторых, раскрывается та тревожная неизвестность 1918 года, когда судьба всего мира висела на волоске.
Спасительная мощь США выручила Антанту, разгромила Германию и подняла США до ведущей из сверхдержав.
* * *
Джеффри Воуро
- автор книги «Сыны свободы: забытые американские солдаты, разбившие Германию в Первой мировой войне». Профессор истории и директор военно-исторического центра при Университете Северного Техаса.
«InoСМИ»
«Time»