Им можно!
Президент Джо Байден утверждает, что никогда не говорил о бизнесе со своим сыном. Возможно, он этого и не делал.
Может быть, та украинская газовая компания заплатила Хантеру Байдену полмиллиона долларов за то, что у него есть уникальные деловые качества, на которые больше никто кроме них не обращал внимания. Возможно. Но вряд ли.
В контекстеЛиберальная пресса признала, что ноутбук Хантера – не подделка Представители предвыборного штаба Байдена никогда не отрицали, что ноутбук принадлежал Хантеру, но доверенные лица кампании - включая нынешнего пресс-секретаря Белого дома Джен Псаки - называли разговоры о ноутбуке российской дезинформацией.
Сейчас благодаря расследованию Министерства юстиции мы можем узнать, является ли Хантер Байден подлым оппортунистом, нарушившим закон, и знал ли об этом его отец, а возможно, даже и помогал ему.
Но не менее показательным является высокомерие и предвзятость в репортажах о ноутбуке Хантера среди широкого круга СМИ и крупных социальных сетей.
Даже сегодня большинство из них не признают, что были неправы.
The New York Post опубликовала историю с ноутбуком ближе к концу президентской кампании. История, конечно, была взрывоопасной, и средства массовой информации активно ее обсуждали. Некоторые набрасывались на Хантера Байдена, но больше всего набрасывались на The Post.
Они поставили под сомнение подлинность жесткого диска, а также время и достоверность самой истории.
Твиттер заблокировал даже возможность распространение этой статьи. Facebook скрыл все упоминания. Politico заявил, что это может быть «российская дезинформация». Колонка Washington Post назвала материал «смехотворно слабым».
Статья в New York Times назвала это «фарсовым повторением российской операции по взлому и утечке информации, которая помогла подорвать президентские устремления Хиллари Клинтон». История была высмеяна и забыта.
Теперь, полтора года спустя, Washington Post и New York Times признают, что основные части этой истории были верны.
Знаете, что они не сказали?
«Простите. Мы не можем смириться с идеей еще одного срока Трампа, поэтому мы не сообщали о плохих поступках демократов».
В контекстеGoogle и его ядовитая «Стрекоза» Тоталитарные коммунистические репрессии больше не мешают Google, по крайней мере, до тех пор, пока позволяют этой компании увеличивать свою долю на международном рынке…
The Washington Post наконец написала, что то, как СМИ отреагировали на эту историю, было «возможностью для расплаты». Но потратила остальную часть своей редакционной статьи на оправдание своих ошибок.
Никто не был уволен. Никто не был даже временно отстранен. Ни одно из правил издания не поменялось.
В этом нет ничего нового. В течение нескольких месяцев Facebook блокировал любое упоминание теории о возможной утечке COVID-19 из лаборатории. Большинство СМИ иронизировали, называя это «фейковыми новостями». The Washington Post назвала это «маргинальной теорией». The New York Times — «теория заговора». PolitiFact отреагировал на это заголовком «Поймали на лжи!»
Только когда администрация Байдена заявила, что, возможно, произошла утечка информации из лаборатории, Facebook отказался от цензуры.
Сказал ли Facebook что-то вроде: «Простите? Так мы не должны подвергать цензуре такое важное обсуждение?». Нет.
Видели ли мы извиняющиеся комментарии на CNN и MSNBC? Я, должно быть, пропустил их.
Возможно, для вас это не имеет большого значения, но для меня это очень важно.
В контекстеВолан-де-Морт — за, Гарри — против В серии твитов Роулинг посмеялась над заголовком и заявила, что «люди, которые менструируют» могут называться только женщинами. Сначала ее раскритиковали интернет-пользователи, но вскоре присоединились актеры франшизы.
Я зарабатываю на жизнь размещением видео на цифровых платформах. Я сделал два видеоролика, в которых говорилось, что опасения по поводу изменения климата преувеличены.
Я не говорил, что изменение климата нереально. Я не говорил, что оно не вызовет проблем. На самом деле, я сказал, что это уже вызвало проблемы.
Но поскольку я сказал, что страхи могут быть преувеличены, климатические активисты Facebook «проверяют факты», чтобы меньше людей увидели мою работу.
Когда-то у меня было миллионы просмотров на Facebook. Сейчас такое невозможно.
Ничто из того, что я сказал в своих видеороликах о климате, не было неверным. В одном случае собственный фактчекер Facebook признал, что я не ошибся в фактах. Тем не менее, Facebook продолжает клеветать на мои работы как на «частично ложные».
Они даже цитируют меня, говоря то, чего я никогда не говорил!
Тем не менее, даже после того, как я укажу на это, Facebook не будет ничего менять.
Facebook, Twitter, the New York Times, the Washington Post, CNN, NBC, «фактчекеры» Института Пойнтера (Poynter Institute) и большинство крупных СМИ в настоящее время являются частично информационными, частично левоориентированными группами интересов.
Я не демократ и не республиканец. Я не зацикливаюсь на том, платили ли Хантеру Байдену за то, что он занимался подлыми делами и шептал на ухо своему отцу. Если и так, то я сомневаюсь, что он имел большое влияние.
Я чувствую гораздо большую угрозу, когда большие СМИ Америки не сообщают факты, не высказываются, когда цензоры ошибаются, и не исправляют ошибки, когда их ловят на них.
Мы учим маленьких детей извиняться за ошибки. Разве это слишком много, чтобы требовать того же от наших медиа-гигантов и социальных сетей?
* * *
Джон Штоссель
«New York Post»
Перевод: «Kontinent USA»
«Kontinent USA»
Иллюстрация публикуется с любезного разрешения Бена Гаррисона