Хотя Запад постоянно называет Путина диктатором, он умеет менять обличья. Но будущее видится автору в мрачном свете.
Владимир Путин в светло-коричневом тулупе из овчины, ниспадающем на шерстяные валенки, ступил на густой снег у своей подмосковной дачи. Утром 19 января стоял 17-градусный мороз. Путин разделся, кинул тулуп на деревянные перила и разулся. На нем были лишь синие плавки. Он спустился через прорезанную в двадцатисантиметровом льду дыру в виде распятия и вошел в ледяную воду.
Над прорубью высился трехметровый крест из прозрачного льда. Путин перекрестился, наклонился и трижды погрузил в воду голову. Вместе с миллионами россиян президент отмечал русский православный праздник Крещения, — в этот день верующие по всей стране окунаются в реки, озера и пруды и выходят дрожащими, но очищенными от своих грехов.
У 68-летнего президента в то утро была особая потребность очиститься. Несколькими часами ранее выездной суд, устроенный в полицейском участке на окраине российской столицы, заключил на два с половиной года в тюрьму Алексея Навального — известнейшего критика Путина и лидера крупнейшего оппозиционного движения в стране.
Навальный пробыл в стране всего 24 часа. Его задержали в аэропорту, когда он вернулся после пяти месяцев лечения в Берлине, где приходил в себя после неудачного отправления нервно-паралитическим ядом советской разработки. Навальный утверждает, что его «заказал» Путин. Кремль это отрицает. Но явно одобрил его тюремный приговор — на том основании, что, находясь в Германии, он пропустил посещения уголовно-исполнительной инспекции, предусмотренные приговором 2014 года по делу о мошенничестве.
Сигнал ясен: Путин долгие годы запугивал оппозиционеров и всячески подрезал им крылья, но все же нехотя мирился с их существованием, — а теперь потерял терпение окончательно. Навального и его сторонников будут не просто прессовать. Их заставят замолчать.
Для российских противников Путина тюремное заключение Навального — важная веха, которой они давно ждали с тревогой. Как решительный шаг к ужесточению политических свобод, он знаменует собой новую эру режима, который длится уже третье десятилетие. После 20 лет, когда могущество Путина подпитывалось сначала экономическим процветанием, а затем воинственным патриотизмом, его правительство обратилось к репрессиям как к главному инструменту удержания власти.
«Путин всегда выступал за железную руку, сильное и могучее государство, — говорит Андрей Колесников, председатель программы российской внутренней политики в Московском центре Карнеги. — Можно сказать, он всегда был жесток, но теперь решил, что будет жесток открыто, не таясь, безо всяких ограничений».
По всему миру российский президент заслужил репутацию лидера властного и, казалось бы, неуязвимого, но жестокое подавление инакомыслия у себя дома подчеркивает, что у него нет альтернатив, чтобы утихомирить встревоженных избирателей, и что он боится народных протестов. В прошлом году аналогичный бунт едва не сверг его союзника-диктатора Александра Лукашенко в соседней Белоруссии.
Целый вихрь законов, принятых в конце 2020 года, не только позволяет Путину пересидеть самого Иосифа Сталина с его 29 годами у власти, но и еще сильнее ужесточают наказания для тех, кто хочет положить этому конец. Репрессии простираются от усиления полицейского насилия против демонстрантов до судебной системы, которая полностью подчиняется Кремлю. Правила насчет того, кто может участвовать в выборах и что могут публиковать сайты, тоже ужесточились. Россия стала страной, где ретвит оппозиционного анекдота грозит 15 сутками тюрьмы, а глухонемого могут оштрафовать на 70 долларов за то, что якобы выкрикивал антиправительственные лозунги.
«Красная линия канула в прошлое. Мы пережили момент, когда Путин перешел черту деспотического государства, — говорит Колесников. — Это вписывается в более широкий процесс. И Навальный — лишь один из результатов».
Новый виток репрессий понятен даже главной жертве. «Главное в этом процессе — даже не то, чем он закончится для меня. Посадить меня несложно. Главное, для чего это происходит — чтобы запугать огромное количество людей. Одного сажают, чтобы запугать миллионы», — заявил Навальный перед вынесением ему приговора в своей страстной 16-минутной отповеди Путину.
«Это же не демонстрация силы, это демонстрация слабости. Вы не посадите всю страну», — добавил он.
И все же Навальный первым оказался за решеткой. Пока он говорил, ОМОН уже возводил баррикады, чтобы перекрыть исторический центр Москвы. Позже тем вечером, когда сторонники собрались в знак протеста против его заключения в тюрьму, сотни людей были задержаны и избиты. По данным ОВД-Инфо, некоммерческой юридической организации, отслеживающей задержания, за четыре недели после возвращения Навального полиция задержала более 11 000 человек в более чем 125 городах. Реакцию полиции она охарактеризовала как «преследование беспрецедентных масштабов».
Журналистов в жилетах с надписью «пресса» валили на землю и избивали дубинками. Отряды ОМОНа хватали ошеломленных зевак и тащили их в подготовленные фургоны, а камеры распознавания лиц, установленные в прошлом году для соблюдения карантина, пригодились для охоты на демонстрантов, когда те разошлись по домам.
«Теперь в каждом разговоре сквозит страх и ужас, — говорит 19-летний Артем Берлин — его избила полиция и арестовала на акции протеста в Москве в конце января. — Разочарование с обеих сторон такое, что остается лишь прямое насилие». Берлина задержали с применением силы, когда он с друзьями стоял у входа в метро недалеко от того места, где собрались протестующие.
«Они повалили нас на землю, растоптали и поволокли к полицейскому грузовику, а одного из нас даже душили дубинкой», — рассказывает он. Освободившись той же ночью, он отделался штрафом в 10 000 рублей (134 доллара) за «участие в несанкционированной массовой акции» — приговор они с адвокатом обжаловали. Берлин считает, что власти опасаются новых протестов на фоне парламентских выборов этой осенью, и недавнее насилие стало «шансом проверить терпение демонстрантов, с одной стороны, и лояльность и надежность правоохранительных органов, с другой».
Масштабы январских репрессий оказались настолько велики, что переполнились тюремные камеры. Даже когда по камерам, рассчитанным менее чем на десятерых, распихали десятки человек, многим все равно пришлось ночевать в полицейских грузовиках, припаркованных у ворот тюрьмы на окраине Москвы. Только в столице по обвинению в участии в массовом мероприятии было задержано втрое больше человек, чем за последние 15 лет вместе взятых.
«Масштабы задержаний, административного и уголовного преследования в связи с протестными акциями января-февраля 2021 года — без сомнения, крупнейшие за всю историю современной России, — говорится в сообщении ОВД-Инфо. — События начала 2021 года продемонстрировали полную неготовность властей к соблюдению права граждан на свободу мирных собраний и, напротив, готовность противостоять протестным выступлениям любыми, в том числе неправовыми, средствами».
Для многих беспрецедентная суровость полицейских мер подчеркнула огромное влияние на президента сторонников жесткой линии из числа бывших военных и сотрудников служб безопасности.
Эта разрозненная клика консервативных реакционеров, которых часто объединяют под грифом «силовики» — старинные друзья Путина: бывшие коллеги из шпионского ведомства КГБ и его преемницы ФСБ, а также завоевавшие его доверие военные. Среди них бывший однокурсник Александр Бастрыкин, возглавляющий главное следственное ведомство страны, бывший телохранитель Виктор Золотов, ныне глава путинских «преторианцев», и давний помощник Игорь Сечин, который сегодня руководит «Роснефтью», крупнейшим производителем нефти в стране.
«Мы допустили ряд ошибок в своем подходе к протестам… Обошлись очень жестко, — сказал один высокопоставленный кремлевский чиновник. — Но давление силовиков из путинского круга сильно как никогда. Противостоять этому становится все труднее».
«Не забывайте, что Путин познакомился с обществом как офицер КГБ, — добавляет он. — Он — продукт этой системы и в глубине души всегда будет думать точно так же».
Хотя Запад нередко называет его диктатором, многолетняя власть Путина над Россией сменила ряд обличий. После прихода к власти в 2000 году его первые два четырехлетних президентских срока пришлись на нефтяной бум, который обеспечил быстрый рост благосостояния в стране. Культивируя имидж человека, который приносит изобилие и процветание, Путин добился настоящей популярности среди избирателей, которые мечтали поскорее забыть об экономическом и социальном хаосе 1990-х годов, и его поддерживали многие иностранные лидеры.
Затем, когда нефтяной всплеск в 2008 году иссяк, появился Путин-патриот. Робкое сближение сменилось настырной антизападной риторикой. Российские танки ворвались в Грузию, Крым и на восток Украины, а российские бомбардировщики и спецназ полетели в Сирию поддержать Башара Асада. Россия снова сильна, но ей угрожает Запад, заявил Путин. Его популярность взлетела до исторической высоты.
Но этот воинственный подход дорого ей обходится. Санкции Запада, введенные в ответ на аннексию Крыма в 2014 году, подорвали экономику страны и затруднили развитие крупнейших предприятий страны. Реальные доходы россиян падают пять из последних семи лет, а уровень бедности вырос на одну пятую. ВВП на душу населения упал на 30% по сравнению с 2013 годом.
В то же время Путин крепит защиту своего режима, увеличив расходы на полицию и силы безопасности. В прошлом году более десятой части бюджетных расходов ушло на внутреннюю безопасность — уступая лишь расходам на оборону. Это на 525 миллиардов рублей (7,1 млрд долларов) больше, чем на здравоохранение и образование вместе взятые. «Сейчас мы подошли к моменту, когда он решил закрепить результаты своих первых 20 лет у власти, — говорит Колесников. — Путин сворачивает либерализм во внутренней и внешней политике… Государство сейчас откровенно жестоко и не готово к дальнейшей нормализации».
На бумаге в России все еще существует парламентская оппозиция — ряд более мелких партий, которые теоретически соперничают с путинской «Единой Россией» за голоса избирателей. Но эту «системную оппозицию» поддерживает и направляет Кремль, а ее задача — работать громоотводом для гнева избирателей, но ни в коем случае не оспаривать его абсолютный контроль над законотворчеством. Реальная угроза для Путина исходит от «несистемной оппозиции» — Фонда борьбы с коррупцией (ФБК)* Навального и других активистов и оппозиционеров. Подконтрольные государству СМИ их игнорируют, а на выборах они сталкиваются с бесчисленными бюрократическими препонами.
Кремль больше не желает отделять активную оппозицию от простых граждан, которые просто не согласны с Путиным. Татьяна Становая, основатель российской политической аналитической компании R.Politik, говорит о «развернувшейся войне на уничтожение между репрессивной машиной режима и либеральной оппозицией».
«Раньше была внесистемная оппозиция, и были либералы. Но для ФСБ это один и тот же враг, — говорит она. — Теперь, когда все „крысы за Навального" стали чрезвычайно опасными, их стали без разбора валить в одну кучу, либералам придется отступить и искать политически безопасное место для спячки».
Долгие годы убежищем был интернет. В отличие от Китая, доступ россиян к сети практически не ограничивался. Социальные сети вроде Ютуба, Твиттера и Телеграма давали разгневанным гражданам возможность выпустить пар, а Навальному и другим — обойти традиционные, подконтрольные государству СМИ.
Но возможность свободно выражать свое мнение в интернете оказалась под угрозой. В конце декабря парламент принял закон о блокировке иностранных cайтов, который позволяет штрафовать провайдеров за запрещенный в России контент и заключать граждан в тюрьму за клеветнические комментарии в интернете. На этой неделе Путин подписал указ, который позволит Москве блокировать сайты с материалами, которые считаются противозаконной политической агитацией.
Через несколько дней после возвращения Навального в Россию его команда опубликовала в Ютубе двухчасовое расследование, где утверждается, что группа олигархов выстроила Путину роскошный дворец стоимостью 1,3 миллиарда долларов на побережье Черного моря — с итальянскими туалетными ершиками по 700 евро, хоккейной площадкой и потайным туннелем на пляж. Хотя Путин отрицает, что дворец принадлежит ему либо его семье, ролик собрал почти 115 миллионов просмотров. Опрос независимого «Левада-центра» показал, что его видели четверть россиян.
В преддверии митингов в поддержку Навального Роскомнадзор приказал сайтам социальных сетей, включая ТикТок, где публикуются популярные видео, как школьники снимают с классных стен портреты Путина, удалить весь контент с упоминанием протестов. Надзорный орган заявил, что было удалено 89% контента и пригрозил Ютубу, ТикТоку, Инстаграму, Твиттеру и Фейсбуку штрафами за сохранение оставшейся части.
«Наша проблема в том, что перекрыть центр города и наводнить его омоновцами легко, но контролировать людей в „ТикТоке" гораздо сложнее, — говорит высокопоставленный кремлевский чиновник. — С этим мы пока не разобрались».
Пока Навальный приспосабливается к жизни в тюрьме в 130 километрах к востоку от Москвы, воспоминания об осени 2013 года, должно быть, кажутся ему совершенно другим миром. В сентябре того года он баллотировался на выборах мэра столицы против бывшего главы путинской администрации, набрав 630 000 голосов — и с 27% почти прошел во второй тур. В те времена Кремль хотя бы создавал видимость, что терпит инакомыслие. Но успех Навального привел к тому, что больше виднейший оппозиционный политик России в избирательных бюллетенях не значился.
«Позволив Навальному баллотироваться в 2013 году, правительство совершило серьезную ошибку. Самые близкие к Кремлю эксперты до сих пор не понимают почему, — говорит политолог и консультант Кремля Алексей Чеснаков. — Добившись хорошего результата, Навальный почувствовал, что у него больше пространства для маневра. И сейчас ситуация похожая».
«Но внесистемная оппозиция для Кремля неприемлема. Кремль устанавливает правила игры и требует, чтобы все их соблюдали, — добавляет Чеснаков. — Система накладывает ряд искусственных ограничений даже на тех, кто ее поддерживает. Так какой же смысл позволять соперникам делать то, что запрещаешь даже сторонникам?»
Глава штаба Навального Леонид Волков говорит, что терпение Путина насчет ФБК* лопнуло летом 2019 года. Тем летом соратникам Навального запретили участвовать в выборах в Московский городской совет — это вызвало массовые протесты. В ответ ФБК* запустил инициативу «Умное голосование», направив недовольных граждан к кандидатам с наибольшими шансами победить ставленников «Единой России». В итоге в палате из 45 человек партия Путина потеряла 13 из своих 38 мест.
«Это было окончательное решение от нас избавиться, — говорит Волков. — Именно тогда было решено отказать нашей организации в праве на существование». С августа по октябрь 2019 года полиция провела более 70 рейдов в представительствах ФБК* по всей стране, а организация оказалась на грани банкротства после того, как суд обязал ее и Навального выплатить одному бизнесмену из числа путинских союзников 29,2 миллиона рублей (400 000 долларов) по делу о клевете.
Сегодня угроза усилилась. «Люди запуганы… Но мы по-прежнему работаем в прежнем масштабе, — говорит Волков, добавляя, что этой зимой в тюрьму попали 80% региональных координаторов ФБК*. — Впереди еще одно лето, новые выборы, а мы все еще работаем».
В сентябре в России состоятся парламентские выборы, на которые ФБК* давно рассчитывает как на возможность опробовать «умное голосование» в формате всей страны. Правящая партия Путина кажется необычно уязвимой: по данным государственного социологического агентства ВЦИОМ, в феврале ее рейтинг достиг рекордно низкой отметки в 29,4%.
Но пресловутый законопроект об «иностранных агентах», внесенный в парламент в конце прошлого года, может поставить ФБК* и другим оппозиционным группам заслон. Этим клеймом, тяжелой печатью предательства и шпионажа, теперь можно клеймить всякого, кого поддерживают организации, считающиеся иностранным агентом — вроде того же ФБК*.
В последние недели законодатели предложили еще больше расширить закон, чтобы в принципе запретить «иностранным агентам» или их сообщникам участвовать в выборах. «Выбор народа мы обязаны защитить от любых попыток внешнего вмешательства. Мы не можем и не допустим никаких ударов по суверенитету России, по праву нашего народа быть хозяином на своей земле, — заявил Путин лидерам парламентских партий России в прошлом месяце. — Я знаю, что здесь у нас общий подход, консенсус».
Тем не менее Волков говорит, что группа не сдается. Несмотря ни на что, ФБК* планирует выставить около 10 кандидатов и поддержать еще 1 600 на федеральном и региональном уровне. «Мы примем участие, насколько это возможно», — сказал он, добавив, что куда разрушительнее попытки правительства возбудить против потенциальных кандидатов мелкие административные и уголовные дела, чтобы не дать им баллотироваться.
«Это не один смертельный удар, а целая кампания, смерть от тысячи порезов, — говорит он. — Это тонкий порез от бумаги, но 500-й по счету. Но им придется нанести еще несколько, чтобы нас убить».
Кремль репрессивные меры против соперников отрицает. «Ничего подобного в России мы не наблюдаем. У нас достаточно плюрализма на политической арене, а у Кремля достаточно противников, — сказал пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков. — Никто в России не конфискует активы и не налагает санкции на сограждан просто за определенные убеждения или из-за разногласий с правительством».
Популярность самого Путина, может, и выше, чем у его партии, но всенародное недовольство все равно нарастает. По данным «Левада-центра», его рейтинг одобрения достиг исторического минимума в 59% в мае прошлого года, когда бушевала пандемия коронавируса, но в январе он восстановился до 64%. Но, что еще важнее, опрос уже в этом месяце, показал: лишь 48% россиян хотят, чтобы он оставался президентом после 2024 года — а 41% против.
За этим падением с максимума в 65% в 2017 году стоит разброс мнений среди разных возрастных групп — Навальный, протесты и последующие репрессии его лишь усугубили. Лишь 31% молодежи в возрасте от 18 до 24 лет хотят, чтобы Путин правил после 2024 года, а 57% против. В возрастной же группе старше 55 результат практически противоположный.
Роль популярного среди школьников и подростков приложения ТикТок в популяризации протестов говорит о том, что молодые россияне не боятся высказывать свое несогласие.
«В социологическом и политическом плане ситуация все хуже и хуже. Им пора задуматься об огромном разрыве с новым поколением, который ширится с каждым годом», — говорит один человек, который регулярно общается с Путиным. Он добавляет, что Кремль игнорирует «стратегические проблемы», предпочитая решать краткосрочные.
«[Репрессии] популярности не повысят. Они помогут сохранить власть, но не популярность, — добавил он. — Сейчас он теряет часть популярности, особенно среди молодежи. Они внутренне свободны, они не помнят Сталина, они не помнят ГУЛАГ. Они относительно смелы… И с каждым годом их все больше, и они и все активнее политически».
Митинги за Навального привлекли людей всех возрастов, однако многие молодые люди признались, что протестуют против режима, который не представляет их поколение. «Может, это происходит всякий раз, когда один и тот же человек сидит у власти более 20 лет. Но это наводит меня на мысль, что я больше не хочу жить в этой стране», — говорит Яна, 20-летний веб-дизайнер из Санкт-Петербурга. Двух ее подруг задержали и оштрафовали в центре Москвы в прошлом месяце, пока они ждали автобуса во время акции протеста.
«Люди шутят, есть ли в России права человека. Но, честно говоря, это уже не смешно, понимаете?, — добавляет она. — Все, что портит мне жизнь, так или иначе связано с Путиным… И мне не нравится думать, что когда я работаю или плачу налоги или что-то еще, то так или иначе его поддерживаю».
Путин управляет Россией уже 22-й год, из них 18 на посту президента. Он никак не обмолвился, когда именно намерен уйти в отставку, — если вообще. По его новой конституции он может править до 2036 года, когда ему исполнится 83 года. В октябре прошлого года на вопрос, значит ли это, что он намерен править до самой смерти, он ответил: «Когда-то это, безусловно, должно закончиться. Я отдаю себе в этом отчет прекрасно. А сейчас нужно просто напряженно работать, как святой Франциск, каждому на своем участке».
Имя Навального Путин по-прежнему отказывается произносить наотрез. Основную часть прошлого года президент провел затворником в своей загородной резиденции, чтобы не заразиться covid-19, и почти не обмолвился ни о протестах, ни о полицейских кордонах, которые на несколько выходных подряд превратили центр Москвы в запретную зону.
Отвечая на расспросы студентов на постановочной видеоконференции через неделю после ареста Навального, что он думает о тяге молодых россиян к беспорядкам, Путин вспомнил Октябрьскую революцию 1917 года и распад СССР, предупредив об опасностях, которые таят в себе политические перемены.
На встрече с редакторами прокремлевских СМИ в прошлом месяце он снова повторил обвинение, которое регулярно выдвигает на протяжении всего своего правления: раздор в России разжигают иностранные державы. «Испокон веков это всегда было, со времен царя Гороха, в нашей новейшей истории, и в более отдаленной, — сказал Путин. — Наши противники с давних времен используют в своих целях амбициозных и властолюбивых людей. Разумеется, не в личных интересах, а в интересах тех, кто за ними стоит».
«Сейчас во всех странах мира, в том числе и у нас, возникает усталость у людей, копится раздражение, возникает недовольство, в том числе условиями, в которых они живут, уровнем доходов. Когда уровень жизни человека падает, он винит власти… И, конечно же, люди в Европе, США и других странах пытаются этим воспользоваться», — добавил он.
Навальный и его команда отрицают, что работают на иностранные правительства, и отвергают обвинения, что ФБК* получил 2 100 долларов от неких физических лиц в США и Испании, которые приводятся в оправдание статуса «иностранного агента». «Конечно, он просто сходит с ума от этого, — сказал Навальный о Путине на суде. — Потому что все убедились, что он просто чиновничек, которого случайным образом поставили на президентский пост, и который никогда не участвовал ни в дебатах, ни в выборах. И это единственный метод его борьбы — пытаться убить людей. И его главная обида в отношении меня заключается в том, что в историю он войдет именно как отравитель».
Вызов для Путина заключается в том, что Навальный не только дает выход недовольству целого поколения молодых россиян, но и представляет их. В свои 44 он на четверть века моложе Путина и его дряхлеющих помощников. Президент стареет, а с ним и его режим: новой крови и свежим идеям его команда предпочитает людей бывалых и преданных.
В закон даже внесли соответствующие изменения — специально, чтобы Путин мог полагаться на доверенную старую гвардию и дальше. В январе он представил законопроект, отменяющий действующее правило, по которому бюрократы федерального уровня обязаны выходить на пенсию в 65 лет. Отныне всякий, назначенный непосредственно президентом, может работать до самой смерти. И все больше приближенных Путина происходит из силовиков: почти всех либералов, назначенных до 2014 года, из кулуаров Кремля выдавили.
«Силовикам только и остается, что выполнять свою задачу. Иначе встанут вопросы насчет их эффективности, — говорит Чеснаков, который с 2001 по 2008 год был заместителем главы путинского департамента внутренней политики. — Несистемные иногда действуют слишком грубо, и силовикам не остается выбора — они должны действовать так, как им диктует закон. А закон дает им огромные полномочия».
Волков говорит, что весной ФБК* будет организовывать новые акции протеста, и мало кто сомневается, что сентябрьские выборы станут еще одной точкой кипения — особенно, если «Единая Россия» прыгнет выше своих низких рейтингов по опросам, а кандидатов от оппозиции до голосования не допустят. Путинская полиция будет наготове. Во время зимних репрессий полицейские были в непрозрачных касках и без опознавательных значков, применялись электрошокеры, чтобы обездвижить демонстрантов, и утверждалось, что задержанных пытают. «Мы видим больше жестокости, больше агрессии против его противников, — говорит Колесников. — И это работает, это работает».
«Но это ни в коем случае не значит, что сопротивление прекращается. Люди просто приспосабливаются, становятся внутренними противниками — в мыслях и на словах, — добавляет он. — Это советский способ тихого противостояния властям. И теперь я вижу, что он возвращается».
* организация включена Минюстом РФ в список иностранных агентов, — прим. ИноСМИ
* * *
Генри Фой
«ИноСМИ»
«Financial Times»