Он поверил в войну, которой не было
Инсталляция, посвящённая заложникам нападения 7-го октября. (Фото: «Nautilus»)
Одна из самых страшных загадок 7 октября до сих пор звучит так: что произошло бы, если бы в то же утро, когда тысячи террористов ХАМАС прорвались на юг Израиля, силы «Радван» получили приказ пересечь северную границу?
Теперь появляются новые детали, позволяющие лучше понять, насколько близко Израиль находился к катастрофе совершенно другого масштаба.
В контекстеЯхья Синвар, организатор нападения на Израиль 7 октября, возглавил ХАМАС В мае 2021 года израильская операция «Меч Иерусалима» позволила Синвару выдать себя за защитника Священного города и мечети Аль-Акса и представить ХАМАС уже не как исламистское движение, а как палестинское, в ущеб ФАТХ. С 7 октября ХАМАС и Синвар пользуются на Западном Берегу беспрецедентной популярностью.
Документы ХАМАС, захваченные в Газе и проанализированные исследователями Института Меира Амита, показывают: Яхья Синвар не рассматривал 7 октября как изолированное нападение из Газы.
Он годами пытался построить большую многофронтовую войну. И, похоже, был убежден, что ему это удалось.
Еще во время операции «Страж стен» в мае 2021 года в Бейруте действовал совместный разведывательный штаб ХАМАС, «Хезболлы» и иранского КСИР. По внутренним отчетам ХАМАС, через этот канал поступала информация о передвижениях ЦАХАЛа, воздушной разведке и действиях израильской авиации.
Более того, согласно документам, именно «Хезболла» предупредила ХАМАС, что знаменитая операция ЦАХАЛа «Метро» может быть обманным маневром, а не началом наземного вторжения.
То есть сотрудничество было реальным. Разведка, координация, консультации — все это существовало.
Но Синвар сделал из этого следующий, роковой вывод: когда он начнет большую войну, вся «ось сопротивления» автоматически двинется за ним.
В мае 2022 года представители ХАМАС приехали в Бейрут убеждать Насраллу, что момент созрел. Израиль переживал политический кризис, теракты следовали один за другим, а процесс нормализации с арабскими государствами необходимо было сорвать.
Ответ Насраллы оказался неожиданно трезвым.
Сначала определите цель войны.
Что именно вы хотите получить? Вывести Израиль с каких-то территорий? Изменить ситуацию на Храмовой горе? Или уничтожить Израиль?
По сути, Насралла спросил ХАМАС о том, о чем сам ХАМАС, судя по документам, еще не договорился с самим собой: как выглядит победа и каким образом война должна к ней привести.
В контекстеВерхушка ХАМАС закрепляет зависимость от Ирана Синвар считается «архитектором» сухопутного вторжения в Израиль, которое произошло 7 октября 2023 года. В 2015 году он был включен американским руководством в перечень иностранных террористов. Фактически Синвар стоял у истоков создания боевого крыла хамасовцев, которым он руководит по сей день напрямую из тоннелей под сектором Газа.
Синвар ответил своим грандиозным планом. Его предпочтительный сценарий предполагал внезапную многофронтовую войну: прорыв из Газы, наступление «Хезболлы» с севера, подключение других частей иранской оси и проникновение вооруженных отрядов через Сирию и Иорданию.
Целью была уже не очередная эскалация и не обмен ударами. Целью было разрушение Израиля.
Первоначально, как следует из документов, Синвар рассматривал возможность начать такую кампанию еще весной 2023 года, в период Песаха. Позднее сроки изменились, но сама концепция осталась.
Самое важное произошло затем.
Насралла назвал сценарий реалистичным и, согласно документам ХАМАС, собирался передать его на рассмотрение Али Хаменеи. Для Синвара этого, видимо, оказалось достаточно.
К лету 2023 года он уже говорил руководству ХАМАС, что «Хезболла» и Иран преодолели психологическую травму Второй ливанской войны 2006 года и готовы к большой кампании.
В августе, за два месяца до нападения, он уверял Совет Шуры: если начнется стратегическая война, против Израиля откроются многочисленные фронты.
Но внутри самого ХАМАС существовали сомнения. Военная разведка организации предупреждала о сохраняющемся «психологическом барьере» у «Хезболлы» и задавалась вопросом, действительно ли союзники вступят в большую войну. Синвар эти предупреждения проигнорировал.
Утром 7 октября произошло главное. ХАМАС начал нападение, не предупредив Насраллу заранее.
Сам Насралла позднее публично утверждал, что операция была полностью палестинским решением и что союзники ХАМАС не знали о ней заранее. Независимые сообщения того времени также указывали, что «Хезболла» не участвовала в планировании конкретного момента атаки.
По опубликованным документам, уже в 6:29 утра Синвар обратился к Насралле, извинился за отсутствие предупреждения и потребовал немедленного вступления в войну: массированных ракетных ударов и крупного наземного наступления.
Ответа не последовало.
В контекстеПоследний приказ Синвара Вашингтон считает, что убийство Синвара может вернуть ХАМАС за стол переговоров, особенно если теперь принятие решений будет осуществляться оставшимися лидерами за рубежом, что может помочь ускорить давно зашедшие в тупик переговоры о прекращении огня.
«Хезболла» начала ограниченные боевые действия лишь на следующий день и долгое время тщательно удерживала их ниже порога полномасштабной войны. Публично Насралла одновременно поддерживал ХАМАС и демонстрировал нежелание превращать войну в тотальное региональное столкновение.
И здесь, возможно, находится главный вывод этих документов. Синвар правильно увидел слабость Израиля. Но он катастрофически ошибся в своих союзниках.
Он считал «ось сопротивления» единым военным механизмом. На самом деле это была система организаций с разными интересами, разной ценой риска и разными представлениями о моменте, когда следует пожертвовать собой ради общего дела.
Для ХАМАС 7 октября был днем начала великой войны.
Для Насраллы — неожиданной авантюрой союзника, который попытался поставить его перед свершившимся фактом.
Можно предположить, что именно это и остановило «Хезболлу»: отсутствие предварительного согласования, неясность конечной стратегии ХАМАС и нежелание Насраллы в течение нескольких часов поставить на карту всю созданную Ираном военную систему сдерживания. Эта трактовка соответствует как внутренним документам ХАМАС, так и последующему осторожному поведению самого Насраллы.
Израиль в то утро спасла не готовность Северного командования. Не мощная оборона границы. И, вероятно, даже не израильское сдерживание.
Галилею спасло то, что Насралла не захотел делать ставку на план Синвара.
Это очень неприятный вывод. Потому что безопасность целой части страны в самый опасный день ее истории зависела от осторожности врага.
А Синвар совершил ошибку, которую часто совершают фанатики: он принял собственную мечту за чужое обязательство.
Zelik Pinkhasik
«Facebook»