О праве на оружие
Право на оружие является фундаментально важным, если мы говорим об обществе, в котором свобода и демократия считаются приоритетами.
Баланс свободы и частично приватизированной, частично сосредоточенной в руках профессионалов - военных, силовиков, безопасности - это прямая дорога к свободе.
Бонус права на оружие - ещё и в том, что оно слабо подверглось эрозии временем, в отличие от права на свободу слова, которое из права человека говорить, исследовать, отрицать, провозглашать и проповедовать всё, что он пожелает, без страха столкнуться с каким-либо агрессивным проявлением институционализированной власти, превратилось в... скандинавскую, немецкую, российскую, британскую, индийскую... бла... бла... бла, версии цензуры.
Право на оружие остаётся понятным: в мире по-прежнему существует причина формулирования такого права (похитители людей, террористы и другие опасные агрессоры), по-прежнему имеется спрос
и, как и сто лет назад, любому человеку, способному прочитать инструкции и внимательно прослушать курс по ТБ обращения с тем или иным огнестрельным оружием, вполне понятно, что можно, чего нельзя и что нежелательно делать с оружием, чтобы не случилась неприятность.
1. Оружие - это свобода
В контекстеИм больше и не требуется В Средние века рыцарское вооружение и доспехи стоили целое состояние, на подготовку бойца уходило больше десятка лет. Но вот появились порох, мушкеты. Огнестрельное оружие было несравненно доступнее и проще в освоении, и в конечном итоге сводило на нет все воинские потуги рыцарей.
Вооружённые граждане это серьёзный аргумент для государства, которое намеревается перераспределить свободы - ну это когда 70% населения консерваторы и хотели бы выбирать между светским националистом-этатистом и аграрником-националистом-федералистом, противником сильной власти и любителем регионов; а вместо этого им «доказывают», что правильные выборы - это когда выбирают между двумя неотличающимися левовато-либеральноватыми системными пустышками, одна из которых как бы «за социализм и меньшинства и долой корпорации», а вторая такая типа грозная «за капитализм и бубубу и добро пожаловать, корпорации»; и ещё парой клоунов, а из списка желаемых обществом кандидатов никто не представлен.
Вооружённые мотивированные граждане это одна из самых серьёзных преград на пути такого сценария.
Кроме того, вооружённые граждане это естественная преграда на пути чиновничьего и корпоративного хамства и коррупции.
Маловероятно, чтобы самый циничный чиновник продолжал глумиться над людьми, понимая, что в стране десятки миллионов дееспособных вооружённых граждан.
2. Оружие это безопасность
В контекстеКригсмарине в степях Украины Эти миротворцы испарятся оттуда, как они «слиняли» с Голанских высот четыре года назад, как только там начали стрелять... Объясните мне, кого – и с какой ржавой (а то и просто - несуществующей) техникой хочет разместить Порошенко на Донбассе?
Сторонники либерального подхода в сфере личной безопасности, который сейчас превалирует и сводится к контролю личного пространства через айфон и тревожным сигналам, могут придумывать сколь угодно сложные (или простые) схемы «вызова помощи». Вызов помощи по определению менее эффективен, нежели быстрый и эффективный личный отпор. Кроме того, сценарий, предполагающий всё более отточенные и мгновенные реакции на тревожные сигналы, предполагает всё более отточенные технологии слежения, логистического контроля и «депривации приватности».
Вы наверняка не раз слышали, что «прозрачность» делают сами люди, их никто не принуждает. Это не совсем так. Им сокращают пространство выбора, вынуждая принимать нежелательное решение. Часть выборов запрещают напрямую - как с оружием, например, часть - делают заведомо несносными, зарегулированными и некомфортно реализуемыми по сравнению с предлагаемым безальтернативным «верным» решением (законы против ряда пород собак; законы, направленные на такое ограничение самообороны, что становится ясно - за самооборону в тюрьму первым в любом случае уедет самооборонщик, чего вообще не должно случаться.
Доказанная угроза жизни должна быть индульгенцией от любых последствий самообороны, если в её ходе пострадал только агрессор / агрессор и жертва.
В результате такой бюрократической экспансии люди вынуждены обеспечивать собственную безопасность совсем не безопасным путём - делегированием недопустимых полномочий и передачей недопустимого объёма информации о себе сторонним организациям.
Я уже не говорю о том, что принуждение состоит в том, что на человека оказывают давление, когда он ведёт «недостаточно прозрачный» образ жизни по своему усмотрению. В 50-х идея, что человека всерьёз будут подозревать в чём-то на том основании, что у него нет банковского счёта и личного телефона, была абсурдной.
В XXI веке в странах ЕС и в Штатах на человека, расплачивающегося налом, смотрят волком и всеми силами пытаются заставить его перейти на супер-удобные и супер-прозрачные для всех желающих сервисы - а чего вы так волнуетесь, вам разве есть, что скрывать? Есть. Не ваше дело. Частная собственность.
Нет. Нельзя. Оружие очень помогает гражданам ставить вот эти характерные веские точки в диалоге, когда государство или старбакс, или союз государства, старбакса и ситибанка, внезапно осознают, что сиволапое быдло нужно построить и заставить жить по универсальным, Единственно Верным Правилам.
3. Оружие это автономность и повышение собственных шансов
В контекстеУйти, нельзя остаться Либерман глубоко убеждён, что пока у террористических организаций есть хоть какое-то оружие, они будут его применять при любой возможности. Поэтому он считает, что ВВС ЦАХАЛа должны были нанести мощный удар по инфраструктуре террора.
Если оно у вас есть, а вы оказались в плохой, непредвиденной ситуации, из которой временно не прозревается выход, поверьте - вас будет греть приятная тяжесть за поясом.
И нет, XXI век не даёт ровным счётом никаких гарантий от попадания в такие ситуации.
Считать, что он будет фундаментально чем-то отличаться от прошлых веков, всё равно, что фантазировать об идеальном XII веке, когда «все жили до ста, много и дружно трудились, за стол садились всей семьёй, препоясавшись фофудьёй» и тому подобном.
4. Оружие это эстетика
Современная эстетика, сочетающая постмодернистский моральный релятивизм, культ трусости и лишних эмоций, философию поверхностности, чудовищный коллективизм и офисную универсалистскую субкультуру, вся, в полном объёме,
меркнет перед хищной, исключающей всё лишнее, холодной, эксклюзивной и самодостаточной, но оставляющей место для романтизации и любования, эстетикой оружия.
Какой смысл в слабой, ничего не конструирующей, но при этом претенциозной эстетике? То, что она безопасна и никого не «триггерит»?
Это не достоинство. Убеждена, что когда консервативная эстетика реконструируется и восстанет из пепла, в ней обязательно найдётся обширное и светлое пространство - специально для «оружейного вопроса».
* * *
Китти Сандерс
– латиноамериканистка, радиоведущая, исследовательница и социолог
«Facebook»