Это ещё не ГУЛАГ, но... уже вполне путинская Россия
В пьесе Евгения Шварца «Дракон» победа благородного рыцаря Ланселота над Драконом не освободила жителей Города – на месте остались воспитанники Дракона.
Уход из Белого дома Обамы не закончил его эру – продолжил функционировать политический госаппарат, который он создавал 8 лет, «вашингтонское болото», как это назвал Дональд Трамп.
И рыцарю Дональду приходится сейчас вести с этим «болотом» тяжёлую борьбу.
Политическая полиция, или полиция мысли, существует столько, сколько существует власть. Первый в Библии земной царь Нимрод, правивший в Месопотамии, узнав от доносчиков, что юный Авраам отвергает идолопоклонство, повелел бросить праотца евреев в огненную печь. Авраам вышел из неё, как случалось иногда в те времена, невредимым.
13 веков спустя суд присяжных жителей Афин, состоявший из 501 человека, приговорил великого философа Сократа за его мысли к смерти.
А ещё через 6 веков римский император Адриан казнил 10 выдающихся еврейских мудрецов. Мы читаем про эту казнь каждый Йом Кипур.
В следующую эпоху политической полицией, постоянно меняющей своё лицо, стала католическая инквизиция. Каралось инквизицией не только отступление от канонов церкви, но даже свободная научная мысль – Джордано Бруно, Галилео Галилей.
Большую инновацию в работу политической полиции внёс Владимир Ленин. Он придумал уничтожать не только людей, которые неправильно думают, но целые классы, из которых могут выйти неправильнодумающие.
После Ленина-Сталина Хрущёв и Брежнев, отправлявшие в ГУЛАГ и в психушки только несогласных с их политикой, воспринимались почти как гуманисты.
В контекстеЗаказчики досье на Трампа Клинтон хотела, чтобы досье сработало, резюмирует Борчерс, но не хотела, чтобы его с нею связывали. Ее сторонники говорят, что, возможно, она пребывала в неведении относительно происхождения досье, поскольку подчиненные не сообщили ей, что они его заказали.
Одной из основных идей отцов-основателей США было создать общество, свободное от идеологического диктата власти. Они приняли революционную для того времени идею свободы вероисповеданий. Политической полиции в стране нет.
По крайней мере, не было до президентства социалиста и исламиста Обамы.
Социализм не может быть установлен без полиции мысли, а исламизм предусматривает вражду к Израилю.
Через 2 года после начала правления Обамы – в 2010 году, на промежуточных выборах Демократическую партию, как выразился сам президент, «высекли».
Демократы потеряли 63 места в Палате представителей и 6 мест в Сенате. Возникла «чайная партия», отвергавшая социализм президента. Требовались политические меры.
Функцию политической полиции Обама отрядил фискальным органам – IRS. Организациям «чайной партии» отказывали в регистрации как «освобожденным от налогов», а к активистам налоговое ведомство заспешило с «проверками».
Это ещё не ГУЛАГ, но финансовый крах, который способны принести такие «проверки», тоже очень болезнен.
Лори Ловенталь Маркус поведала в статье для WSJ от 1 февраля, как они с мужем – два адвоката, попытались в 2009 году зарегистрировать в налоговом ведомстве «Z стрит» с целью «просветить американцев относительно Ближнего Востока и израильской защиты против террора». Обычно утверждение статуса безналоговых занимает от 3 до 6 месяцев.
Через год просителям сообщили, что их заявление отправили на рассмотрение в Вашингтон, так как их цели «противоречат политике администрации Обамы».
Лори пишет, что в том же 2010 году у трёх других еврейских организаций, запрашивавших в IRS безналоговый статус, потребовали «объяснить их религиозные верования о Земле Израиля». Полиция мысли объявила о намерении принимать решения на основе религиозных верований американцев.
Лори и её муж судились с IRS долгих 7 лет и выиграли дело в октябре 2016 года – их организацию зарегистрировали. Лори заключает:
Когда мы создавали Z стрит, тысячи готовы были присоединиться к нам. Затем IRS пыталось убить нас... Победа в суде дает нам истину, но мы не можем получить назад наши семь лет.
Политизация IRS, конечно, была незаконна, но Обама обезопасил себя против любых обвинений в беззаконии, поставив министрами юстиции преданных лично ему Эрика Холдера и, после того, Лоретту Линч.
В этой преданности играла роль и расовая солидарность. Такая солидарность среди чернокожих политиков сейчас считается нормой.
В Конгрессе немыслим «белый кокус» – это был бы расизм, но активен «чёрный кокус».
И критика политики Обамы естественно гасилась его сторонниками таким странным возражением-не возражением: «Обама – наш первый чернокожий президент».
Подверглись политизации президентом и органы «глубокого государства» – ФБР, ЦРУ, Национальная разведка США, директор которой Джеймс Клаппер провозгласил на слушаньях в Конгрессе террористическое Мусульманское Братство «в основном секулярной организацией».
Такой «анализ» вполне оправдывал про-исламистский разворот во внешней политике Обамы.
Коснулся Обама, как инквизиция до него, и науки. Президент с уверенностью невежды объявил «установленным наукой фактом» глобальное потепление. Особо обидно об этом вспоминать в небывало суровую зиму, накрывшую в этом году восточное побережье США.
Где же оно – обещанное потепление? Или оно балует нас только при правлении демократов?
В контекстеФБР признает, что не может удостоверить подлинность утверждений о сговоре России со штабом Трампа Fox News и Washington Examiner сообщили, что республиканцы спросили, какие части досье ФБР подтвердило. Маккейб сказал, что единственный подтвержденный инцидент, связанный со сговором, - то, что волонтер штаба Трампа Картер Пейдж съездил в Москву в июле 2016 года.
Время решающего испытания политизации госаппарата США пришло, когда Обаме потребовалось провести через выборы в замену себе Хиллари Клинтон, обещавшую продолжать на посту президента его политику.
Допускаю, что предполагаемая верность Хиллари прошлому президенту гарантировалась и компроматом на неё, находящемся в руках Обамы.
Борясь за президентство, Хиллари было, однако, одновременно необходимо избежать тюрьмы.
С 2008 по 2012, когда она служила Госсекретарём США и распродавала своё влияние по миру через Фонд Клинтонов, для полного контроля над своей служебной перепиской Хиллари потребовалось использовать не защищённый сервер Госдепа, как требовал закон, а незащищённый лично её.
Вспыхнул скандал, и следователи потребовали от Хиллари предоставить свою переписку за годы службы Госсекретарём. Хиллари стёрла более 30 000 е-мейлов, что на юридическом языке называется уничтожением улик и значительно ужесточает наказание за должностное преступление.
Но министерство юстиции и ФБР уже стали частью политической машины Обамы. Министр юстиции Линч тайно встретилась в аэропорту Финикса (штат Аризона) с мужем Хиллари Биллом и обсудила, очевидно, пути спасения карьеры Хиллари.
Местные журналисты подсмотрели эту встречу, вспыхнул скандал, и судьбу кандидатки в президенты поручили объявлять не министру юстиции, а директору ФБР Коми. В новой реальности никого не удивило, что такое поведение Линч, не совместимое с должностью министра, не было наказано отставкой.
А руководство ФБР ещё за несколько месяцев до окончания расследования подготовило формулировку,
позволявшую не предъявлять Хиллари заслуженное ей уголовное обвинение и оставить её в роли кандидата в президенты.
Осталось привести Хиллари к победе над Трампом.
Политическая машина администрации Обамы решила установить прослушивание сотрудников президентской кампании Трампа. Нужно было найти для этого повод. Вот тут и возник пресловутый «русский след».
Цепочка, ведущая к этому «следу» такая: Хиллари и руководство Демократической партии наняли отставного английского шпиона Кристофера Стила накопать порочащую Трампа информацию. Тот заплатил каким-то российским анонимам из спецслужб, поручив тем предоставить какую-нибудь грязь о бизнес-поездке Трампа в Москву в 2013 году. Те сварганили грязь.
На основании этого «досье Стила», часть которого написана на «русском английском», другими словами в российских спецслужбах, а также элементами этого же «досье», слитого Стилом в прессу, ФБР уговорило специального судью разрешить шпионить за командой кандидата в президенты Трампа, потом за ними же – сотрудниками избранного президента, а потом даже – действующего президента.
Таким образом, «русские связи» нанятого штабом Хиллари Стила использовались для обвинения Трампа в «русских связях».
Обама лично контролировал эту запутанную интригу. Замдиректора ФБР Стрзок, ключевой игрок антитрамповских комбинаций, писал в е-мейле своей любовнице и сотруднице Пэйдж: «Президент хочет знать всё, что мы делаем».
2 февраля президент Трамп рассекретил меморандум, подготовленный Комитетом по разведке Палаты представителей Конгресса США под председательством Дэвина Нюньеса, доказывающий, что
администрация Обамы использовала составленное русскими агентами непроверяемое, и скорее всего недостоверное досье для легализации просушивания президентской кампании кандидата от оппозиционной партии и обвинения её в связи с Россией.
Кто был связан с Россией: Хиллари, позволившая продать через канадского посредника четверть принадлежавших США урановых рудников Росатому и получившая взамен от России через того же посредника десятки миллионов в Фонд Клинтонов, или Трамп, против которого, на основании аферы с «досье Стила» было назначено расследование комиссией специального прокурора Миллера?
Меморандум Нюньеса имел неожиданные последствия. Можно было ожидать отставки высоких должностных лиц министерства юстиции и ФБР, поставивших верность политической игре администрации Обамы выше служебной этики. В романах о старине в такой ситуации опозоренные деятели стрелялись.
В сегодняшних же буднях – в идеологических кругах Демократической партии началась непрекращающаяся истерика.
Надо сказать, что политизация административного аппарата Обамы и его «глубокого государства» происходила под доброжелательным прикрытием основных органов медиа. И теперь эти органы обрушили на американцев шквал жалоб на меморандум Нюньеса, разоблачивший политизацию обамовского госаппарата.
Понять смысл этих жалоб непросто, но их интенсивность впечатляет. Президента и составителей меморандума обвиняют в неуважении к ФБР. Но ведь речь идёт о серьёзных должностных преступлениях!
Может быть, в самом грохоте реакции на меморандум и заключён её смысл. Оглушённые граждане могут, не поняв, предположить нечто осмысленное за этим грохотом.
Я не уверен, что Трампу удастся «осушить вашингтонское болото» и избавить Америку от политической полиции, созданной президентом Обамой.
Слишком уж сильны ныне позиции обамовских учеников в «глубоком государстве» и, особенно, в медиа.
Подвести итоги усилиям Трампа можно будет в ноябре, по результатам промежуточных выборов в Палату представителей и в Сенат. Если американцы решат проголосовать за «болото», то это «болото» сможет поглотить президента.
* * *
Борис Гулько
Статья любезно прислана автором