Одна страна неизмеримо выгадала от решения главы «Роснефти» выйти из переговоров с ОПЕК
Китай, вышедший из эпидемии коронавируса, как раз сейчас перезапускает свою экономику, и дешевая нефть для него суперважна. Для всех остальных решение это обернулось катастрофой.
В контекстеKоронавирус и Саудовская Аравия заставляют Москву заморозить планы доминирования на Ближнем Востоке Между тем эффекты этой пандемии могут оказаться гораздо более масштабными. В попытке справиться с политическими последствиями экономического спада, вызванного ценовой войной на нефтяном рынке и пандемией коронавируса, Кремль, вполне возможно, решит свернуть свои военные кампании за границей.
Нефть рухнула, рубль — тоже. Российский URALS торгуется с дисконтом к BRENT по 4–5 долларов за баррель (в лучшие времена дисконт составлял 2 доллара). Даже с таким дисконтом продать его нельзя: саудиты агрессивно выдавливают Россию с европейских рынков, предлагая свою нефть по бросовой цене. В игру вступила Нигерия, нефть которой в весенне-летний период даже лучше саудовской.
Хранилища забиты под завязку: в США Mercuria Energy приплачивает тем, кто вывезет у нее нефть.
Саудиты, объединившись с эмиратами, ищут, по слухам, дубайские счета друзей Путина и сливают информацию США.
Кремль обрывает телефон Белого дома, пытаясь улестить Трампа повлиять на саудовского принца, но принц закусил удила и не согласен не то что на личные встречи, а даже на «встречи экспертов».
Хранить нефть негде: в России — вообще негде, потому что в России, в отличие от Запада, система огромных нефтехранилищ просто не развита. На Западе — потому что нефтехранилища забиты под завязку, фрахт танкеров (которые используют как хранилища) взлетел в разы, и если раньше фрахт в высокой цене нефти занимал гроши, то теперь, когда нефть рухнула, а фрахт вырос, это серьезная статья расходов.
России — хреново, саудитам — плохо, да и американцам не здорово:
настолько, что Трамп, первоначально отнесшийся к падению цен с энтузиазмом (для автомобилистов — прекрасно!), в конце концов напрягся и принялся звонить Мухаммеду бен Салману в пять утра по Вашингтону.
Есть только одна страна, которая является абсолютным нетто-выгодоприобретателем от поразительного решения Игоря Сечина, — это Китай.
Как раз когда цены убились, Европа рухнула, Китай закупил рекордные 1,5 млн тонн российской нефти по бросовым ценам.
Китаю как раз сейчас это и нужно. Он объявил об окончании эпидемии коронавируса, запускает свою промышленность снова, дешевая нефть ему очень кстати, он набивает хранилища впрок и, по оценкам Wood Mackenzie, поместит в них в этом году 1,15 млрд баррелей, которых хватит на 83 дня, против 900 млн баррелей в прошлом году и 200 млн баррелей в 2014-м.
Решение Сечина уронило нефть ровно тогда, когда Китаю очень надо оправиться от эпидемии,
и обеспечило китайской экономике хороший здоровый рост за счет 140 млн россиян, чьи кошельки похудели в долларах на четверть.
Китайская помощь вообще будет нужна закредитованной «Роснефти».
Впрочем, нельзя сказать, что катастрофа так уж повредила и самой «Роснефти». Ровно наоборот — она послужила дополнительным поводом для того, чтобы не только избавиться от неудачных вложений, но и получить взамен ценные активы (которые, кстати, можно предложить Китаю).
Я имею в виду, разумеется, фантастическую сделку с Венесуэлой. «Роснефть» вложила в Венесуэлу, по оценкам Reuters, 9 млрд долл.
О том, что случилось с этими деньгами еще к 2015 году, повествует расследование Reuters, основанное на внутренних документах самой «Роснефти». Российские деньги уходили как в песок, нефти добывалось куда меньше, чем предполагалось, венесуэльские партнеры не могли найти для добычи даже самого простого бурильного оборудования, но зато просаживали миллионы долларов якобы на «социальные проекты» в месте, где жили несколько сотен человек.
С 2015 года, напомним, дела стали не лучше, а президент Мадуро, вместо того чтобы платить нефтяным инженерам зарплату, ввел на месторождения армию, после чего нефтедобыча рухнула снова, потому что венесуэльские солдаты, как ни странно, не являются инженерами.
Также по теме«Политком.Ru» Переговоры по нефти «Независимая газета» Нефтяные цены вернулись на 17 лет назад «Новая газета» Никогда, но только ради стабильности
Любая частная компания, вложив в такое 9 млрд долл., попала бы в затруднительное положение, но не «Роснефть». На прошлой неделе она просто передала свои венесуэльские активы российскому государству под предлогом защиты от американских санкций: ведь Мадуро после того, как с торговлей нефтью не сложилось, перешел на кокаин, и в связи с этим сейчас очень интересует американское правосудие. Но нет, акции были не просто списаны. Взамен «Роснефть» получила от государства на одну из своих дочек 9,6% акций «Роснефти».
Сам факт этой сделки, конечно, поражает воображение. Обычно, когда люди вывозят мусор, они платят за эту процедуру, а не получают, наоборот, деньги от мусорщика. Это как если бы вы вычерпали из своего септика 20 бочек говна и свалили его на участок начальника, а утром начальник пришел бы к вам и заплатил бы за эту нежданную радость.
Но еще поразительней тот факт, что в результате этой сделки государство утратило контрольный пакет «Роснефти»,
и «Роснефть» теперь имеет полную возможность эти акции продать каким-нибудь непрозрачным покупателям: так же, как до этого 19,5% акций «Роснефти» было продано Glencore и катарскому государственному инвестиционному фонду.
Напомню, что сейчас — благодаря все тому же решению Сечина — этот пакет «Роснефти» (9,6%) рухнул в цене до 306 млрд руб. (по состоянию на 27 марта). Самое время срочно продать его в хорошие руки со словами «а то у нас нет денег». Можно предположить, что как раз переход пакета из рук государства и был главной целью всей этой сделки, а возможность по ходу списать венесэльские активы — это так, дополнительный бонус.
Венесуэла — не единственная сделка такого рода у «Роснефти». Еще 3–4 млрд долларов «Роснефть» засадила в Иракский Курдистан,
благо Мустафа Барзани, основатель клана Барзани, правящего Иракским Курдистаном, 12 лет провел в сталинском СССР и щеголял в 1947-м на снимках в военной форме Красной армии. Как недавно выяснил Bloomberg, за эту сделку «Роснефть» отстегнула какому-то неизвестному физическому лицу 250 млн долларов платы за консультационные услуги.
Итак, подводя итоги. Решение выйти из переговоров с ОПЕК обрушило нефть и рубль как раз тогда, когда в мире и России случился полный коронавирусец; оно лишило россиян четверти зарплат в долларах, а Кремль лишило привычного источника денег для помощи населению ровно тогда, когда эта помощь срочно понадобилась.
Никакого триумфа над американцами и саудитами не получилось.
Напротив, Кремль ищет помощи у Трампа, причем Мадуро уже сдан ему с потрохами, а саудиты по-прежнему от переговоров отказываются. Единственный бенефициар — Китай. Ну, да еще сама «Роснефть», которая в эту тяжелую минуту не просто сбросила балласт, но и получила в обмен на этот балласт независимость от государства.
В принципе, замечательная бизнес-модель: чем сложнее положение госкомпании, тем, оказывается, проще вывести эту компанию из-под контроля государства.
И как называются люди, которые это делают? Правильно, государственниками и патриотами.
Согласитесь — нельзя же их назвать бизнесменами.
* * *
Юлия Латынина
«Новая газета»