За независимость надо платить
По случайному совпадению буквально через неделю после референдума о независимости в иракском Курдистане подобное мероприятие состоялось на самом западе Европы, в государстве, имеющем гораздо более длинную историю, чем Ирак, и на протяжении веков остававшемся неделимым.
Голосование в Каталонии, завершившиеся тем, что более 90% участников (еще одно совпадение с Курдистаном), сказали независимости «да». Явка оказалась невысокой: примерно 2,3 из 5,3 миллиона обладателей права голоса приняли участие в плебисците. Уже сейчас ясно, что это событие окажет огромное влияние на судьбу не только Испании, но и, видимо, всей Европы, причем без связи с тем, когда Каталония добьется реальной независимости.
На мой взгляд, это произойдет, несмотря на сопротивление Мадрида, т.к. в цивилизованном мире – а Испания, в отличие от Ирака, относится к таковому, – в наши дни не принято отказывать большому народу в праве на самоопределение. Собственно, примером тому Канада и Великобритания, где, в отличие от испанцев с их пережитками прошлого, позволяли проводить референдумы Квебеку и Шотландии.
И о чудо, большинство их жителей высказывались не за превращение в независимое государство.
Объясняется это очень просто: похлебка, т.е. экономические перспективы, оказалась для большинства важнее независимости. В Каталонии все произошло с точностью до наоборот. Болезни испанской экономики настолько глубоки, что большинство жителей региона, очень хорошо развитого, по меркам королевства, уверены: без Мадрида им будет только лучше.
Однако объяснять здесь все одной лишь экономикой было бы неверно. Каталонцы – это отдельный народ со своим языком и давними традициями автономии. У этого народа в той или иной степени всегда присутствовало стремление к независимости. С конца 10-го по 12-й век Барселонское графство было отдельным феодальным государством, но затем в результате династического союза вошло в королевство Арагон, при этом сохраняя традиционную автономию.
Между 1640 и 1652 годами у каталонцев был шанс стать либо независимым государством, либо… частью Франции, но шанс этот так и не воплотился в жизнь.
В 1640 году в ответ на репрессивную политику Мадрида, направленную на уничтожении автономий, в Каталонии и Португалии практически одновременно началось восстание против короны.
Португальцам в длительной борьбе удалось одержать победу, и уже на протяжении веков никто не задается вопросом, почему на Пиренеях по соседству с Испанией существует это государство. У каталонцев не сложилось. Не помогло даже то, что они отдались под протекторат французского короля. В итоге Мадрид, отпустив португальцев и Нидерланды, всерьез взялся за Каталонию. Помогло ему то, что у Франции в тот исторический момент было недостаточно сил, и она не смогла отстоять новые земли.
В контекстеКаталония: независимость на 8 секунд При любом варианте окончания барселонской мыльной оперы вырастут риски как для Испании, так и для всей Европы. Если конституционная реформа усилит автономию Каталонию, то это почти так же станет стимулом для сепаратизма в других европейских государствах.
В 1652 году Барселона сдалась королевским войскам Испании с условием сохранения значительной части имевшихся до начала войны автономных прав. Ну а в 1659-м Испания и Франция заключили мирный договор, в рамках которого Каталония оказалась разделена. Получив небольшую ее часть в виде графства Руссильон, французский король Людовик XIV отказался от претензий на всю остальную территорию, так что границы нынешней испанской Каталонии не совпадают с ареалом расселения каталонцев, который несколько шире.
К так называемым каталонским землям, где распространен каталонский язык, относится не только Руссильон, но и карликовое государство Андорра, и некоторые прилегающие к официальной Каталонии другие провинции. Однако подавляющее большинство каталонцев проживает в границах испанской Каталонии, которая занимает львиную часть исторического ареала.
На сегодняшний момент население Каталонии превышает 7,5 млн человек. Для сравнения: граждан всего Испанского королевства более 46.5 млн. Имея 16% населения страны, доля Каталонии в испанской экономике составляет, как правило, около 20%. Именно на этом факте основываются утверждения сторонников независимости о том, что без Мадрида им в экономическом плане будет только лучше. Но к экономике мы еще вернемся, а пока продолжим историю… В очередной раз отделение от Испании безуспешно вышло на повестку дня в 1871 году, но и тогда этого не произошло.
Националистические (или национально-освободительные) веяния никуда не исчезали и лишь ждали своего часа. Новый толчок они получили в 20-е годы, после того как в 1923 Франсеск Масия основал ратующую за отделение партию «Каталонское государство». В очередной раз получить независимость каталонцы могли в 30-е. В рамках республики к этому во многом и шло, но карты смешал мятеж генерала Франко.
Собственно, недопущение распада страны и стало одной из объединительных идей довольно разношерстных противников Республики.
Победа франкистов, считавших любые проявления сепаратизма серьезнейшей угрозой, привела к почти полному его подавлению в Каталонии на долгие годы. И если о баскских сепаратистах, ведущих вооруженную (и террористическую) борьбу с испанскими властями на протяжении целых десятилетий, мало кто не слышал, то с каталонцами ничего подобного не было. Несмотря на сильные националистические настроения в обществе, желающих воевать среди них практически не нашлось.
Этот момент заслуживает особого внимания. Ведь во многих случаях без вооруженной борьбы или, по крайней мере, систематических активных протестов мир о тебе просто не узнает. Неудивительно, что до недавнего времени очень многие люди в разных странах, в той или иной степени следящие за новостями, о национальных устремлениях каталонцев понятия не имели.
После окончания диктатуры в 1978 году в Испании была принята новая демократическая конституция, наделяющая Каталонию автономией и предоставляющая официальный статус местному языку, чем при Франко и не пахло. Получила Каталония и статус исторической нации, который у «больших» испанских демократов прочему-то не подразумевает право нации на самоопределение.
Собственно, в этом и кроется одна из загвоздок нынешней ситуации, когда
в Мадриде, по инерции прошлого, не способны до конца принять правила игры, принятые в западном мире, частью которого испанцы себя считают.
Важно отметить, что отделение Каталонии не ударит по безопасности остальной Испании и не приведет к краху довольно гнилую экономику королевства. Да, экономическая выгода от нахождения Каталонии в составе Испании для центра налицо, и об этом говорят цифры. Но они не столь уж впечатляющи, чтобы говорить об экономической зависимости Мадрида от Барселоны.
Иными словами, основная причина – это инерция старых времен, когда главным фактором была целостность страны. Инерция, от которой те же британцы и канадцы давно избавились. Правда, есть еще одно опасение, причем отнюдь не напрасное, ведь в Испании имеются и другие самобытные регионы (в первую очередь Страна басков), где на фоне гипотетического отделения каталонцев могут усилиться сепаратистские настроения. И тогда, в потенциале, распад не ограничится одной Каталонией.
Но если в Мадриде не хотят превратиться в некое подобие Ирака или Турции, то они должны понять: насильно мил не будешь.
Для того чтобы государство было привлекательным для небольших «нетитульных» народов с собственной территорией, в их отношении должна вестись грамотная и экономически успешная политика. Ни того, ни другого об Испании на протяжении ее истории никак не скажешь.
В Каталонии мало полезных ископаемых, но при этом в регионе сильно (по испанским стандартам) развита промышленность, в первую очередь химическая и фармакологическая, присутствуют также электронное и текстильное производства, машиностроение, металлообработка и другие отрасли. Важнейшую роль в экономике Каталонии играет сектор услуг в целом и туризм в частности. По экономическим показателям в Испании регион уступает лишь непосредственно Мадриду, Стране басков и Наварре.
В целом ряд важнейших экономических показателей Каталонии сопоставим с показателями развитых страны Европы.
Любопытный факт, наглядно демонстрирующий связь между экономикой и желанием отделиться: в 2010 году субсидии «центра» для Каталонии составили менее 99% от субсидий в среднем для остальных регионов. При этом отчисления Каталонии, наоборот, оказались на уровне 118.5%.
Последовательное ощущение, что каталонцы «кормят» остальные депрессивные регионы, нашло свое окончательное подтверждение.
Именно тогда, согласно опросам, впервые более 50% каталонцев, обладающих правом голоса, поддержали идею выхода из состава Испании. На фоне экономических проблем, начавшихся в 2008 году, рост поддержки независимости Каталонии был прогнозируем. Тем более что на этот счет имеется консенсус среди широкого спектра политических сил региона. Не способствовала сохранению единства страны и неуклюжая политика центра.
В контекстеПочему Каталония не сможет сделать то, что сделал Крым Это самое важное сходство между двумя референдумами. Для тех, кто их организовал, не имеет значения, каков на самом деле был расклад общественного мнения. У них была цель, и любые внешние эффекты, театральность и пафос, которые помогали им добиться этой цели, воспринимались с одобрением.
Ярчайшее свое подтверждение этот тезис нашел во время самого референдума. Введение в Каталонию сил Гражданской гвардии с их брутальными и бессмысленными попытками помешать голосованию привело к сотням раненых и, на мой взгляд, сыграло против Мадрида. Подобные половинчатые насильственные действия, как правило, вызывают лишь ответную реакцию и огромное неуважение международного сообщества.
В итоге, может, часть избирателей центр и запугал (это, видимо, стало одной из причин невысокой явки), но сорвать референдум дубинками и резиновыми пулями не удалось.
Премьер-министр Испании Мариано Рохой уже заявил: «Референдума сегодня не было». Но, думаю, он сильно ошибается.
Если после случившегося каталонцы успокоятся и не поставят Мадрид перед простым выбором: остаться в цивилизованном мире или превратиться в аналог Турции, то независимости они просто не заслуживают.
Происходящее смотрится несколько забавно в свете традиционной и глубокой поддержки Мадридом «права на самоопределение» так называемого палестинского народа. В отличие от изобретенных не так давно палестинцев, давать независимость древнему и многочисленному каталонскому народу испанское руководство почему-то не желает. Это, видите ли, не прописано в конституции… Кстати, в среде каталонцев сильны пропалестинские и антиизраильские настроения.
Как в случае католиками Северной Ирландии или теми же баскскими сепаратистами, солидарность с палестинцами – общая болезнь.
Вникать в глубочайшие различия между ситуациями там считают излишним. В своей антиизраильской активности уже не раз особенно отличался горсовет Барселоны. Не далее как весной этого года он поддержал пресловутое движение BDS, выступающее за бойкот Израиля, а год назад барселонские депутаты выступили и за очередную, «женскую» флотилию, направившуюся из их города в сектор Газы.
До окончательной точки в борьбе за независимость Каталонии еще далеко. Кстати, если процесс отделения будет запущен, то экономика региона, как минимум на первых порах, получит серьезный удар. Здесь и отсутствие автоматического членства в ЕС, и разрыв связей с Мадридом, и затраты на создание различных госинститутов. Однако за независимость надо платить. Как минимум деньгами…
Вероятно, данный референдум в ближайшие годы на европейском континенте последним не станет. В связи с процессом выхода из ЕС кандидатом №1 на проведение следующего плебисцита является Шотландия…
* * *
Давид Шарп
«Новости недели»
«Kontinent USA»