В 1960-е годы это было соревнование между двумя странами — США и СССР, каждая из которых стремилась первой ступить на поверхность Луны
Легче любить «Аполлон-11», если вы жили в те времена и видели, как это происходит.
Для тех, кто не разбивал лагерь на мысе Кеннеди (прежнее название мыса Канаверал), чтобы посмотреть на старт «Сатурна-5» 16 июля 1969 года, или не толпился у телевизора с комнатной антенной, чтобы посмотреть, как четыре дня спустя Нил Армстронг спускается по лестнице и идет по поверхности Луны, в этом всегда будет нечто вроде документального фильма на кабельном канале. Но не для Илона Маска.
Маск родился в 1971 году в южноафриканском городе Претория через два года после посадки «Аполлона-11» и на другом конце света, вдали от страны, которая совершила выдающийся подвиг, высадившись на Луну. Но каким-то образом он уловил суть, главную мысль того, что в силу возраста не мог видеть. «"Аполлон-11″ был одним из самых вдохновляющих моментов во всей истории человечества, — сказал он в интервью 12 июля в Хоторне (Калифорния), в штаб квартире компании "Спейс икс" (SpaceX), производящей космическую технику, которую он основал в 2002 году, и которая стала его собственной легендой и символом космических исследований. — Я не уверен, что "Спейс икс" существовала бы, если бы не "Аполлон-11"».
Сегодня компания «Спейс икс» является одним из немногих влиятельных игроков (миллиардеров-мечтателей и двух богатейших стран мира), конкурирующих в гонке за то, чтобы обосноваться на Луне. В 1960-е годы это было соревнование между двумя странами — США и СССР, каждая из которых стремилась первой ступить на поверхность Луны. Но на этот раз США оказались в условиях более серьезной конкуренции на многих направлениях с частными компаниями, такими как «Спейс икс» и «Блу ориджин» Джеффа Безоса (Jeff Bezos), и мировыми державами, среди которых наиболее важным конкурентом является Китай.
Подобно Советскому Союзу и США во время холодной войны Пекин использует свои космические амбиции в качестве мощного идеологического — и даже экспансионистского — инструмента государственного управления. В январе Китай успешно запустил автоматическую лунную станцию «Чанъе-4» (Chang'e-4), состоящую из стационарного модуля и лунохода, которая совершила посадку на обратной стороне Луны. Китай стал первой страной, которая высадилась на этом невидимом полушарии. «Мы строим Китай, превращая его в космического гиганта», — сказал тогда главный конструктор «Чанъе-4» У Вэйжэнь.
В прошлом году руководитель лунной программы Китая Е Пэйцзянь описал работу агентства, сославшись на усиливающееся господство Пекина на островах Южно-Китайского моря: «Вселенная — это океан, Луна — острова Дяоюйдао, Марс — остров Хайнань. Если мы не полетим туда сейчас, хотя мы способны сделать это, тогда нас обвинят наши потомки». Возможно, это просто пустые заявления, разжигание «космической истерии», но это привлекло внимание западных наблюдателей. «Я не сомневаюсь, что в течение следующих пяти лет они завершат работу [над своей собственной космической станцией] и объявят пилотируемую лунную программу», — говорит Джоан Джонсон-Фриз, профессор военно-морского колледжа в Ньюпорте, штата Род-Айленд, заведующая отделом изучения вопросов национальной безопасности, имеющая опыт работы в области космонавтики, науки и техники.
Движущей силой новой космической гонки является мощное сочетание важнейших экономических, технологических и геополитических задач. На проектах освоения Луны можно заработать огромные деньги. Вклад компаний, занимающихся разработкой и созданием космической техники, в мировой ВВП сегодня составляет 350 миллиардов долларов, и, по данным «Морган Стэнли» (Morgan Stanley), к 2040 году он увеличится до 1,4 триллиона долларов. Луна может стать первым форпостом в деятельности по колонизации и освоению космоса. Только один пример: сейчас активно обсуждается вопрос об огромных суммах, которое можно будет зарабатывать на добыче на Луне редкоземельных металлов, используемых в производстве электроники. С сегодняшней космической техникой эти суммы быстро сводятся на нет, учитывая те миллиарды долларов, которые пришлось бы потратить на транспортировку товаров между Землей и Луной, но технологии меняются, и никто не хочет оставаться в стороне от потенциальной лунной золотой лихорадки.
Кроме того, для полетов на Луну есть основания научного и технологического характера. Обсерватории, построенные на обратной стороне Луны, защищенные от солнечного света, отраженного от Земли, и земного радиоизлучения, были бы более мощными и позволяли бы вести наблюдения на большем расстоянии, чем телескопы, установленные на поверхности планеты или на ее орбите. И хотя НАСА, как известно, переоценивает коммерческую дополнительную выгоду космической программы (один из лозунгов агентства, к настоящему времени затертый и утративший свою оригинальность — «Удаление от Земли — ради Земли»), нельзя отрицать копившиеся на протяжении десятилетий доказательства того, что техника, первоначально разработанная для космических полетов, зачастую имеет применение на Земле. Устойчивое к царапинам стекло, легкие аккумуляторы высокой емкости, позволяющие создавать беспроводные инструменты, пена с эффектом памяти и огнеупорная ткань, и, что наиболее важно, спутниковая система навигации — все это появилось благодаря технике, предназначенной для изучения космоса.
Среди будущих плюсов можно назвать применение искусственного интеллекта, биометрических датчиков и управления воздушным движением, а также удобрений для сельскохозяйственных культур и тепличных светодиодов, адаптированных на базе систем, которые в настоящее время разрабатываются для создания сельского хозяйства за пределами Земли.
Дело еще и в том, что любой путь на Марс, вероятно, проходит прямо через Луну. Создание колоний в мире, который находится всего в трех днях полета от Земли — это лучший способ проверить инфраструктуру жизнеобеспечения, которая была бы необходима на гораздо более отдаленном (и гораздо менее бесплодном) Марсе.
Все конкуренты, участвующие в лунной гонке, смотрят на одно и то же место на поверхности: Южный полюс, который расположен близко к «плодородному полумесяцу», который существует на Луне. В кратерах в районе Южного полюса, находящихся в области вечной тени, скопились большие запасы замерзшей воды, которые можно использовать в качестве источника воды для людей и полива культур. Воду можно расщеплять на кислород, который затем можно было бы использовать в качестве воздуха для экипажей, и водород, из которого путем повторного соединения с кислородом может получать простое, высокоэффективное и чистое ракетное топливо. Получение воды и ракетного топлива за пределами Земли для полетов в глубокий космос — процесс намного более сложный и более трудоемкий, чем подъем их с Луны, на которой гравитация составляет в шесть раз меньше, чем на Земле, а затем размещение их на лунной орбите. Космические корабли на пути к Марсу теоретически могли бы делать остановку «возле» Луны для заправки, а затем отправляться в более глубокий космос.
Все это находится в пределах возможностей современных технологий, но с тех пор, как в 1972 году последняя экспедиция на Луну в рамках программы «Аполлон» вернулась на Землю, цели космической программы НАСА стали гораздо более ограниченными и сводятся к полетам на низкой околоземной орбите. И с тех пор, как в 2011 году был списан последний космический челнок NASA «Шаттл», у США вообще нет своего средства доставки астронавтов в космос. Вместо этого они покупают места на борту российского корабля «Союз» за баснословную сумму в 80 миллионов долларов за полет на МКС и возвращение на Землю.
Однако сейчас внимание вновь сосредоточено на доминировании в освоении Луны. В марте вице-президент Майк Пенс (Mike Pence), глава недавно воссозданного Национального космического совета (он был расформирован с 1993 года), объявил, что к 2024 году администрация Трампа отправит американцев на Луну. «Это заявленная политика этой администрации и Соединенных Штатов Америки по возобновлению полетов американских астронавтов на Луну в течение следующих пяти лет, — сказал он на заседании совета в Хантсвилле, штат Алабама. —"Срочность" должно стать нашим девизом».
Время для такого вызова было удачным, поскольку на космическом побережье Флориды вновь кипит работа. НАСА сдало в аренду стартовую площадку 39A на мысе Канаверал, с которой стартовали почти все лунные миссии «Аполлон», компании «Спейс икс», которая планирует отправить свой корабль с экипажем на борту вокруг Луны уже в 2023 году. «Я не могу поверить, что мы сможем использовать эту площадку, — говорит Маск. — Мы этого не достойны! Эта площадка слишком хороша».
Компания также арендует соседнюю площадку 40 и построила на территории мыса Канаверал ангар площадью пять тысяч квадратных метров для подготовки ракет к полету. Завод компании в Хоторне, штат Калифорния, заполнен рабочими, и там полным ходом идет работа по созданию техники — в том числе двух космических кораблей Dragon, которые приводят в состояние готовности в чистом помещении. Один из них предназначен для тестирования системы аварийного спасения корабля, а другой — для автоматического полета на Международную космическую станцию. Но компания «Спейс Икс» рассчитывает сделать гораздо больше. «На самом деле мы, чтобы у нас был корабль, способный доставлять на Луну достаточно полезной нагрузки для создания постоянной базы на Луне вроде той постоянной обитаемой базы, которая у нас есть в Антарктиде, — говорит Маск. — [Но] иметь научную базу на Луне было бы совершенно круто».
Аналогичным образом, НАСА передало в аренду пусковые площадки 36 и 11 на мысе Канаверал для производящей ракетную технику компании «Блу ориджин», принадлежащей главе и основателю интернет-компании «Амазон» Джеффу Безосу. «Блу ориджин» построила на территории Канаверала сверкающий завод стоимостью 200 миллионов долларов и планирует расширить площади на 360 с лишним тысяч квадратных метров. В мае Безос представил созданный компанией макет лунного посадочного модуля «Блу Мун» и повторил намеченную администрацией Трампа дату — к 2024 году. «Пора возвращаться на Луну, — сказал он в Вашингтоне, обращаясь к многочисленной группе собравшихся людей, — и на этот раз остаться там».
Да и само космическое агентство вновь активизируется, и его партнерские отношения с частными компаниями, начатые при Обаме, теперь приносят всевозможные плоды. Компании «Спейс икс» и «Орбитал сайенсез» (Orbital Sciences) часто запускают непилотируемые корабли, совершающие грузовые рейсы на МКС, а компании «Боинг» и «Спейс икс» надеются уже в следующем году отправлять корабли с экипажем на борту. Совместное предприятие «Юнайтед Лонч Альянс» (United Launch Alliance), принадлежащее компаниям «Боинг» и «Локхид Мартин», может поставить верхнюю ступень новой ракеты, которую НАСА рассчитывает использовать для отправки астронавтов на Луну в 2024 году.
Между тем, на стартовой площадке 39B на мысе Канаверал НАСА установило мобильную пусковую башню высотой в 38 этажей, весом около 4800 тонн и стоимостью 500 миллионов долларов, которая будет осуществлять запуск этой новой ракеты. Это комплекс сверхтяжелой ракеты носителя (SLS), представляющий собой созданный специалистами НАСА современный аналог ракеты «Сатурн-5», которая использовалась для подготовки и реализации пилотируемой посадки на Луну в рамках программы «Аполлон». После того, как прозвучало заявление Пенса, НАСА ускорило сроки запуска SLS и завершения строительства корабля «Орион крю» (Orion Crew) — современного аналога орбитального корабля «Аполлон», а также собирает заявки на участие в конкурсе по созданию нового модуля для посадки на Луну.
НАСА называет новую лунную программу «Артемидой» в честь древнегреческой богини, сестры Аполлона. Намеренно или нет, все это служит отголоском данного в 1962 году президентом Кеннеди обещания отправить к концу 1960-х годов американских астронавтов на поверхность Луны. Это была трудновыполнимая задача и установленные сроки, которые он обозначил для страны. Если программа «Артемида» будет успешно реализована, она позволит восстановить превосходство Америки в космосе и доказать, что разобщенная страна может вновь совершать великие дела. Если же программу выполнить не удастся, США сдадут свои позиции, уступив Луну и ее потенциал, возможно, на несколько ближайших десятилетий.
Китайское национальное космическое управление (CNSA) застало мир врасплох. КНР не запускала свой первый спутник до 1970 года и на протяжении нескольких десятилетий в вопросах освоения космоса находилась на периферии. Но в 2003 году ситуация начала меняться, когда Китай запустил своего первого тайконавта — китайский эквивалент американского астронавта и российского космонавта. В настоящее время Китай несколько раз отправлял в космос пилотируемые корабли, провел выходы в открытый космос, построил и запустил космическую мини-станцию. Страна также осуществила четыре полета на Луну автоматических аппаратов, наиболее впечатляющий из которых был осуществлен в начале этого года, когда на обратной стороне Луны совершили посадку базовая станция «Чанъе-4» и луноход.
Пекин недвусмысленно высказался о планах страны по созданию на Южном полюсе лунной базы «Чанъэ-4», совершившей посадку в пределах территории, которая была бы Полярным кругом на Земле. CNSA официально не сообщает, будет ли на будущей базе находиться экипаж или это будет автоматический аппарат, но совсем недавно, в 2017 году, официальное государственное информационное агентство «Синьхуа», ссылаясь на слова первого тайконавта страны Ян Ливэя, сообщило, что Китай действительно «строит планы по осуществлению пилотируемого полета с высадкой на Луне». Для Китая Ян является тем же, что и Нил Армстронг для США и Юрий Гагарин для России, и если бы он говорил необдуманно, Пекин, конечно же, не позволил бы столь влиятельному человеку говорить, не опровергнув его слова.
Но некоторые наблюдатели на Западе настроены скептически. «Когда дело касается китайской космической программы, единственное, чему мы можем доверять, это периодически выходящим официальным информационным документам и докладам на партийных съездах, — говорит Дин Чэн, специалист по вопросам китайской политики и безопасности, старший научный сотрудник вашингтонского стратегического исследовательского центра «Эритэйдж фаундэйшн» (Heritage Foundation). — В их последнем информационном документе, вышедшем в 2016 году, о программе пилотируемых полетов на Луну ничего не говорилось».
Китай ничего не говорит и о своих космических расходах — или ничего такого, чему можно было бы поверить хотя бы отчасти. Сумма годового бюджета CNSA, которую чаще всего называют в прессе, составляет восемь миллиардов долларов или около 40% от 20 миллиардов долларов, запланированных для НАСА. Но большинство экспертов не принимают эту цифру всерьез, считая ее почти смехотворной. «Космическая программа [Китая] заложена в его оборонный бюджет, — говорит Чэн. — Обычно называют сумму оборонного бюджета, составляющую примерно 250 миллиардов долларов. Это удобная ложь, которая всех устраивает». По правде говоря, говорит он, Китай, вероятно, тратит гораздо больше как на оборону, так и на космос, и свидетельством этого является инфраструктура: «Если они в состоянии иметь в распоряжении четыре разных стартовых площадки и две государственные корпорации [связанные с космосом], на которых работают 90 тысяч человек, и если они тратят на это восемь миллиардов долларов, мы должны просто угомониться и замолчать».
НАСА, для сравнения, обходится относительными скромными суммами. Финансирование агентства достигло пика в 1966 году, составив чуть более 5,9 миллиарда долларов, что эквивалентно 47 миллиардам по курсу 2019 года, что в два с лишним раза больше, чем НАСА получает сегодня. После того, как Пенс озвучил цель возвращения на Луну к 2024 году, администрация Трампа запросила дополнительные расходы в размере 1,6 миллиарда долларов, но Конгресс эту сумму пока не одобрил. Но даже если бы и одобрил, все равно это было бы гораздо меньше тех пяти миллиардов долларов ежегодных дотаций, которые, по мнению многих инсайдеров, необходимы для того, чтобы совершить посадку на Луну в 2024 году. Но попросту нет общественной поддержки такого обязательства финансирования. «При увеличении финансирования мы могли бы летать чаще, если бы страна хотела летать чаще», — говорит руководитель программы «Орион» Марк Кирасич.
Но если Китай лидирует в вопросах финансирования и правительственных обязательствах, то в области ракетной техники он, по всей видимости, значительно отстает от США. Полет на Луну начинается с того, чтобы найти способ, позволяющий заставить очень тяжелую технику двигаться с очень большой скоростью. Орбитальный аппарат эпохи «Аполлона» и лунный спускаемый аппарат вместе весили порядка 44 тонн. Для этого потребовалось построить огромную ракету-носитель «Сатурн-5» — махину длиной 110,6 метров, двигатели которой вырабатывал тягу 34343 килоньютонов. Для более масштабных миссий XXI века НАСА разрабатывает сверхтяжелые ракеты-носители, развивающие тягу 38720 килоньютонов. Дополнительная мощность является ключом к созданию постоянной инфраструктуры в рамках программы «Артемида» за пределами Земли. План состоит в том, чтобы сначала запустить на окололунную орбиту небольшую космическую станцию «Гейтуэй» (Gateway). Затем экипажи в составе четырех астронавтов должны будут долететь до станции на корабле «Орион», пристыковаться к ней и опустить посадочный модуль на поверхность.
«На этот раз, когда мы отправимся на Луну… это будут продолжительные миссии, — говорит администратор НАСА Джим Брайденстайн (Jim Bridenstine). — Мы будем учиться жить и работать в другом мире, чтобы в конечном итоге отправиться на Марс». Поначалу полеты на окололунную станцию Gateway в рамках программы «Артемида» будут более сложными и дорогостоящими, чем в рамках программы «Аполлон», но в долгосрочной перспективе они могут стать доступно и более дешевыми. Объясняется это тем, что корабль «Орион» является многоразовым. Таким же будет и модуль для посадки на Луну — во всяком случае, частично. Как и оригинальный лунный модуль, который использовался в рамках программы «Аполлон», новая версия будет представлять собой аппарат, состоящий их двух частей — спускаемой и поднимающейся отделяемой ступеней, расположенных одна на другой. Они опускаются на поверхность Луны вместе, и перед выходом, поднимающаяся отделяемая ступень взлетает вместе с экипажем, а спускаемая ступень остается сзади. Эта поднимающаяся отделяемая ступень может использоваться повторно.
Как и Международная космическая станция, окололунная орбитальная станция Gateway будет расширяемой и иметь несколько узлов для стыковки с модулями международных или частных партнеров, предназначенными для проведения экспериментов и осуществления посадки на Луну. Станция будет перемещаться по так называемой гало-орбите, являющейся почти прямолинейной — ряду эллиптических контуров, которые можно регулировать с помощью относительной регулировки тяги подачей топлива. При этом для посадки и исследования будут доступны все части Луны. Хотите приземлиться на Южном полюсе? Подтолкните свою орбиту в одну сторону. Хотите высадиться на севере? Подвиньте ее в другую сторону. Космический корабль «Аполлон» был ограничен в маневрировании узкими экваториальными орбитами, что ограничивало потенциальные зоны посадки.
Во-первых, космическому агентству необходима своя ракета, и с 2005 года ракеты-носители находятся в разработке в «рваном» режиме, а из-за фиксированного финансирования сроки неоднократно нарушались. Ранее в этом году Счетная палата опубликовала доклад, в котором говорится, что расходы на разработку и производство сверхтяжелой ракеты-носителя (SLS), корабля «Орион» и связанных с ними систем на сегодняшний день составляют около 16 миллиардов долларов, что на 1,8 миллиарда долларов больше, чем планировалось — в основном из-за задержек. Однако теперь НАСА утверждает, что ракета-носитель почти готова, и сроки ввода ее в эксплуатацию весьма впечатляют, поскольку ее первый пилотируемый полет вокруг Луны запланирован на 2023 год.
Маск продвигается еще быстрее. По его словам, корабль Dragon, разработанный компанией «Спейс икс», возможно, будет готов принять на борт экипаж астронавтов и доставить их на МКС в ближайшие полгода. И хотя самая большая ракета компании, Falcon Heavy, не имеет такой тяговой мощности, как сверхтяжелые ракеты носители SLS, имея двигатели, способные развивать тягу в 22240 килоньютонов, она является самой мощной ракетой из тех, что совершают полеты в настоящее время. В конце июня компания «Спейс икс» объявила, что уже в 2021 году она запустит сверхтяжелую ракету Falcon, способную обеспечить тягу в 48038,4 килоньютона, с орбитальным аппаратом «Старшип» длиной 55 метров из нержавеющей стали и отсеком, вмещающим 100 пассажиров. Она будет в 17 раз больше Ориона«, в котором могут поместиться от четырех до шести астронавтов. По мнению Маска, именно такие сверхтяжелые ракеты Falcon Super Heavy, а не уже существующие ракеты Falcon, помогут людям оставить в прошлом модель «флагов и следов» эпохи «Аполлона» и приблизиться к тому, чтобы обеспечить более постоянное присутствие на Луне, а затем и на Марсе.
«Мы могли бы повторить миссию "Аполлон-11″, совершив несколько кратковременных полетов [на Falcon Heavy], но повторение сделанного всегда хуже оригинала», — говорит он. Маск уже продал несколько билетов на полет до Луны и обратно на борту будущего корабля японскому миллиардеру и фэшн-дизайнеру Юсаку Миэдзаве.
И если Маск не делает секрета из всех своих планов, Безос и компания «Блу ориджин» на данный момент являются более загадочными. Главный офис и завод компании в Кенте, штат Вашингтон, вполне могли бы быть одним из центров оформления и выполнения заказов компании Безоса «Амазон» — хотя и оформлены они не без юмора. В вестибюле стоит вазон, который при ближайшем рассмотрении оказывается ракетным соплом, используемым на реальной ракете. На заводе подвешена огромная модель звездолета «Энтерпрайз» (U.S.S. Enterprise), и подобно огромной скульптуре выставлена на всеобщее обозрение дверь космического корабля из фильма «Звездный крейсер "Галактика"».
Учитывая «родственные связи» с компанией «Амазон», «Блу ориджин» в ближайшее время не будет испытывать недостатка в финансировании. Но космические программы чрезвычайно дороги, и капитал «сжигается» еще до того, как появляется возможность вернуть часть этих денег за счет платежеспособных клиентов, и число престижных перевозок не превышает числа тех, кто может оплатить фрахт. Поэтому, как говорит генеральный директор Боб Смит (Bob Smith), на данный момент «нет никаких сомнений в том, что наша работа в компании на данном этапе ее существования должна представлять собой самоокупающийся бизнес». Основная цель компании — стать поставщиком услуг по запуску ракет, как компания «Спейс Икс», а затем начать осуществлять полеты в космос с платежеспособными клиентами-пассажирами.
Созданная компанией «Блу ориджин» ракета New Shepard, которая, как и большинство космических кораблей компании, названа в честь одного из американских космических героев (в данном случае — в честь Алана Шепарда, первого американского астронавта), является полностью многоразовой. Она предназначена для доставки полезной нагрузки и людей в суборбитальное пространство на несколько минут в условиях невесомости. Может показаться, что это не слишком серьезное занятие: оно почти не дает никаких познаний, и представляет собой престижный показушный отдых для людей с деньгами, которые могут себе это позволить. Но все оборудование, разрабатываемое для корабля New Shepard, также предназначено для использования на гораздо более крупной ракеты, New Glenn которая скоро должна полететь (и которая названа в честь Джона Гленна, первого американского астронавта, совершившего космический полет по орбите Земли), возможно, ракеты New Armstrong (названной в честь Нила Армстронга, первого человека высадившегося на Луне) и, что наиболее важно, для разработанного компанией посадочного модуля Blue Moon для будущего полета на Луну.
Для реализации своей программы «Артемда» НАСА приняла заявки на участие в конкурсе по созданию лунных посадочных модулей от нескольких компаний, но нет никаких сомнений в том, что у компании «Блу Ориджин» есть огромное преимущество. «Мы не знаем, что есть у всех остальных компаний, пока они не представят все свои наработки, — говорит Смит. — Но мы уже давно над этим работаем. Мы наладили очень хорошие связи с НАСА… по вопросу, касающегося того, что мы думаем о том, как мы вернемся на Луну к 2024 году».
Что касается Китая, независимо от того, каковы его цели, в своих грандиозных планах по осуществлению пилотируемых полетов в глубокий космос страна во многом делает ставку на новую версию своей серии ракет Long March, называемую Long March 5. Она была готова в конце этого года отправить на Луну и вернуть на Землю автоматический исследовательский аппарат, и совершить полет на Марс в 2020 году. Однако на ранней стадии разработки дела пошли не совсем гладко. В 2016 году испытательный полет ракеты прошел более-менее удачно, и возникло лишь несколько проблем с траекторией на пути к орбите. Но в 2017 году запуск не удался, и груз так и не был доставлен в космос. А испытание, запланированное на июль этого года, было отложено — об этой неудаче сообщило Европейское космическое агентство, опубликовав в интернете спутниковые снимки, на которых было видно, что корабли с ракетой, долго простаивают на старте, хотя они уже должны были лететь.
«Это действительно был первый случай, когда у китайцев был значительный промах в их космической программе, — говорит Чэн. — Иногда им приходилось затягивать сроки технической проработки или определения цели, [но] у них не было программных промахов, таких как в случае с Long March 5». А ведь аппарат Long March 5 — это даже не ракета, которая должна будет доставить тайконавтов на Луну. Это промежуточный вариант, на базе которого должен быть разработан более мощный аппарат Long March 9. Если Китай не сможет осуществить запуск Long March 5, он, конечно же, не сможет отправить в полет и его старшего брата.
Есть и некоторые вопросы, касающиеся того, не являются ли лунные планы Китая на самом деле тактическим маневром, вводящим в заблуждение, блефом на фоне деятельности, направленной на менее яркие, но более практические исследования и реализацию связанных с безопасностью проектов на околоземной орбите. «Китай, конечно же, не пытается обогнать США в освоении Луны или где-то еще в космосе, — говорит Грегори Кулацки, руководитель китайского проекта американского Союза Сознательных ученых, некоммерческой организации, занимающейся пропагандой науки. — Невозможно победить в гонке, в которой вы потерпели поражение 50 лет назад».
Конечно, гонки вообще быть не должно, и международное сотрудничество зачастую гораздо эффективнее, чем соперничество. У США есть 15 стран-партнеров, работающих на Международной космической станции. Россия, Европейское космическое агентство, Япония и Канада предоставили модули, и на МКС прилетали астронавты и космонавты из 18 стран. С ростом напряженности между США и Россией сотрудничество на МКС было эффективным способом снять напряженность — особенно когда экипажам приходится вместе сталкиваться с проблемами.
В 2015 году из-за предполагаемой утечки аммиака в американской части станции астронавтам пришлось искать убежища в российской части, пока не прозвучал сигнал «отбой тревоги». Бывший астронавт Терри Вертс, находившийся в то время на МКС, вспоминает, что Дмитрий Рогозин, тогдашний вице-премьер, курировавший оборонную и космическую промышленность, который участвовал в горячей перепалке с Вашингтоном по поводу вторжения в Крым, оперативно связался с МКС. «Американские коллеги, — вспоминает Вертс его слова, — вы можете оставаться здесь столько, сколько захотите. Мы будем работать над этим вместе».
В мире, который сталкивается с такими не имеющими границ угрозами, как изменение климата и появление новых болезней, такое сотрудничество будет иметь все большее значение, и космос является хорошим способом укрепления доверия. Однако сотрудничество в рамках американских и китайских космических программ на данный момент фактически запрещено в соответствии с положением закона от 2011 года о военных расходах, известным как поправка Вулфа (Wolf Amendment), из опасений, связанных с передачей технологий, которые могут поставить под угрозу национальную безопасность. С юридической точки зрения НАСА может сотрудничать с Китаем в гражданских проектах, которые не имеют военного применения, но практически любая космическая технология слишком часто предполагает двойное назначение, чтобы когда-нибудь снять этот запрет. И для США политическим выгодно не партнерство с Китаем в космосе, а космическая гонка, так же как и конкуренция с Советским Союзом 50 лет назад. «[Бывший администратор НАСА] Майк Гриффин (Mike Griffin), Илон Маск и другие американские деятели, занимающиеся космосом, обычно играют на чувстве тревоги, которое испытывают США в связи с Китаем, чтобы заставить Конгресс раскошелиться и выделить больше денег, — говорит Кулацки. — и Пенс, похоже, действует по тому же сценарию».
В конечном счете, сценарии и политика являются (или, по крайней мере, должны быть) второстепенными в решении гораздо более важной задачи, состоящей в том, чтобы сделать людей теми, кем они недолго были полвека назад: представителями двух миров. Майкл Коллинз (Michael Collins), летчик, пилотировавший командный модуль «Аполлона-11», вспоминает, что был особенно поражен замечанием, который он постоянно слышал, когда они с остальными членами экипажа ездили после полета по разным странам. «Я думал, что когда мы куда-нибудь приедем, нам скажут: "Ну, поздравляем. Вы, американцы, наконец-то сделали это", — вспоминал он в недавнем интервью. — Но вместо этого, все в один голос говорили: "Мы это сделали. Мы, люди, наконец-то покинули эту планету"».
* * *
Джеффри Клугер
«ИноСМИ»
«Time»