Всё же хотелось бы...
Первой обязанностью людей как сообщества является учреждение суда. Поначалу единственным судьёй являлся сам Создатель.
В контекстеГенералы песчаных карьер Демон разрушения разыгрался в израильской политике не на шутку. Даже более-менее благополучные молодые министры Нафтали Беннет и Аелет Шакед неожиданно сделали ручкой партии поселенцев «Еврейский дом».
Адама и Еву Он осудил за их несанкционированное любопытство относительно вкуса Запретного плода. В следующем поколении Создателю пришлось разбираться в криминальном случае – убийстве Каином брата.
А позже всё живое было наказано Им за сексуальные прегрешения: «И УВИДЕЛ ВСЕСИЛЬНЫЙ ЗЕМЛЮ, ЧТО ВОТ: РАСТЛИЛАСЬ ОНА, ИБО ИЗВРАТИЛА ВСЯКАЯ ПЛОТЬ ПУТЬ СВОЙ НА ЗЕМЛЕ (Бытие 6:12)». Случился потоп.
Сынам Ноя, пережившим потоп, Создателем было дано 7 законов. Из них лишь один относился не к индивидуумам, а ко всему обществу: установить справедливое судопроизводство.
Сложность этой задачи видна из того, что наш учитель Моше, при формировании еврейского народа, сумел решить её только с помощью совета шейха мидианитян Итро. Была установлена многоступенчатая система судов с Моше в функции Верховного суда.
Сводом законов явилась полученная на горе Синай Тора – письменная и устная.
В Книге судей рассказано, что первые 300 лет нашей истории как государства мы управлялись судьями. Они сильно различались. Были среди судей пророки Дебора и Шмуэль, был злодей Авимелех, был сын блудницы Ифтах. Этот прекрасно справился с ролью судьи в качестве военного лидера, но…
«И дал Ифтах обет Господу, и сказал: если Ты предашь Аммонитян в руки мои, То да будет: выходящий из дверей дома моего навстречу мне, по возвращении моем с миром от Аммонитян, да будет он Господу, и вознесу это во всесожжение» (Книга судей 11:30-31).
Евреи вернулись с победой.
«И пришел Ифтах в Мицпу, в дом свой, и вот, дочь его выходит навстречу ему с тимпанами и плясками»… (11:34).
Система правления судьями разонравилась евреям, и они потребовали от пророка Шмуэля установить для них царя, соответственно, с царским судом. Этот суд зависел не столько от закона, как от воли правителя. Так, умирая царь Давид завещал своему наследнику Шломо:
«Ты знаешь, что натворил мне Йоав, сын Цэруйи… Так поступи же по разумению твоему и не отпусти седины его в преисподнюю с миром» (Книга царств I, 2:5-6).
Суд Шломо остался в веках искусным разрешением им претензии двух блудниц на одного ребёнка:
«И сказал царь: рассеките живого младенца надвое и отдайте половину одной и половину другой. И сказала та женщина, которой (принадлежал) живой сын, царю…: прошу, господин мой, отдайте ей этого живого ребенка и не умерщвляйте его» (Книга царств I 3:25-26).
«И услышал весь Израиль о суде, который судил царь… увидели, что мудрость Божья в нем, чтобы вершить суд» (3:28).
Позже судейская ветвь юстиции, оформившаяся в большой и малые Санхедрины, сосуществовала с царским судом. Однажды Санхедрин пытался судить и царя. Но когда царь Ирод явился на суд в окружении воинов, члены Санхедрина признали преимущества царского суда.
Античные греки пошли иным путём, отдав суд в руки народа. В Афинах гражданин, внушавший наибольшему числу граждан опасения как угроза их демократии, изгонялся – подвергался «остракизму». История не подтвердила мудрость народа – изгонялись зачастую наиболее заметные, достойные афиняне.
А основание цепочки великих философов – Платона, Аристотеля – Сократ, был приговорён к смерти значительным большинством голосов жюри из 501 горожанина.
За что – из описаний понять непросто.
В контекстеКуда уходят и что предложат нам Беннет и Шакед? Большинство комментаторов выискивают в смелом решении Беннета и Шакед хитрые политические расчеты: они, мол, в дальнейшем воссоединятся с Еврейским домом, увеличив его представительство в кнессете; они вообще хотят в обозримом будущем сменить Нетаниягу в Ликуде.
В США сложилась комбинация суда народного – жюри присяжных, и ступенчатой системы судей, назначаемых «царской властью» – президентом и утверждаемых Сенатом. Должность членов Верховного суда пожизненна. Система эта сложная, но, вероятно, наиболее логичная.
Сейчас представляет большой интерес: сможет ли правоохранительная система США разобраться с более чем подозрительным «самоубийством» миллиардера Джефри Эпштейна. Сексуальные приключения, в которых он обвинялся, Эпштейн делил с другими могущественными людьми, включая, полагают, Билла Клинтона.
А те, кто чем-то угрожает благополучию четы Клинтонов, поразительно часто заканчивают жизнь при загадочных обстоятельствах.
Длинный реестр таких смертей опубликовал несколько лет назад Михаил Веллер. «Самоубийство» Эпштейна прискорбно напоминает «самоубийство» Бориса Березовского. Оба не выглядели людьми, мучимыми совестью, что может вести к роковому шагу. Опасно евреям слишком близко приближаться к власть имущим...
В Израиле сама собой сложилась юридическая система, схожая с той, что была в Земле Израиля при правлении судей. Кабала судей имеет здесь власть безмерную.
Судьи самоназначаемы – одни судьи участвуют в назначении других.
Следуя утверждению главы «Высшего суда справедливости» Аарона Барака, что «всё подсудно», судьи без колебаний отменяют решения правительства и Кнессета.
Это часто ударяет по национальным интересам и экономике Израиля, обязывая власти разрушать еврейские поселения, ставит под угрозу жизни граждан страны. Особенно трагично, когда решение судей негативно влияет на национальную безопасность Израиля и может повести к ненужным жертвам среди израильтян.
Каролайн Глик писала во время последней Ливанской войны, что каждый выстрел артиллерии, каждый запуск ракеты по Хезбалле тогда утверждался юристом. Те были приписаны к каждому подразделению армии. Не знаю, изменилось ли что-нибудь с тех пор.
Суды в Израиле тянутся несуразно долго – иногда по 10 лет и дольше. Ерундовое дело моей сестры Бэллы – её очевидно оклеветали в газете – рассматривалось 4 года.
А обычные разглашения судейскими подозрений до нахождения доказательств разрушают репутацию подозреваемых и являются нарушением профессиональной этики юристов, обыденным в Израиле.
Эти разглашения вкупе со столь долгими расследованиями показывают, что цель судейских порой отлична от правосудия. Она – влияние.
Многолетние юридические преследования, казалось бы, самых влиятельных людей государства, демонстрируют, кто является реальной властью в стране.
Выглядит анекдотичным: премьер-министра мучают расследованиями о сданных пустых бутылках из его офиса, или о подаренных ему другом шампанском и сигарах (без доказательств ответных услуг). Чтобы «преступление» выглядело внушительнее, умножают количество бутылок, подаренных за год, на годы дружбы.
Человека, имеющего самую ответственную работу, решающую судьбы страны, загружают многодневными многочасовыми допросами об этих бутылках.
Президента Израиля Кацава судейские 5 лет ни за что продержали в тюрьме. Президента шантажировала бывшая любовница, требуя денег. Президент пожаловался в полицию. А там его в ответ обвинили в давнем изнасиловании этой любовницы.
Не помогло президенту и любовное письмо от «потерпевшей», которое Кацав хранил.
В тюрьме бывший президент держался героем. Его соглашались отпустить, если он признает, что судейские были правы, засудив его. Но Кацав готов был умереть, но не признать наговор правдой. Наконец его отпустили за 2 года до истечения срока без этого признания.
В контекстеОснова для всех нас Идея о том, что некие части конституции, которые были приняты избранными должностными лицами с необходимым парламентским большинством и надлежащим образом, будут отменены только потому, что, по мнению судьи, они несовместимы с конституционными принципами, которые никогда не были закреплены в самой конституции.
Немало публикаций доказывают, что Ариэль Шарон пошёл в 2005-м году на пагубное для Израиля «одностороннее отделение» от Газы, расчистившее плацдарм для создания террористического квази-государства ХАМАСстан, под угрозой судебного преследования, нависшего над ним и его сыновьями.
Начав политику уничтожения еврейских поселений, Шарон приобрёл у судейских, имеющих левые убеждения, статус «священного этрога», который нельзя трогать.
Это показывает – на решения судейских влияют их политические взгляды, для чего существует название: коррупция!
Многозначительным было судебное преследование Хаима Рамона, занимавшего пост министра юстиции с мая по август 2006 года. Рамон затеял реформу, ограничивавшую роль судейских в управлении государством.
Реформа была оборвана, когда девушка-офицер, служившая в канцелярии главы правительства, инициировала с Рамоном поцелуй в губы, «позируя для фотографии в демобилизационном альбоме». По словам девушки, Рамон поцеловал её как-то не так, как она ожидала.
За это он был приговорён судом к 120 часам общественных работ и к выплате «пострадавшей» компенсации в размере 15 тысяч шекелей. Его карьера была разрушена.
По мнению Даниэля Фридмана, наследовавшего должность Рамона полгода спустя, всё дело было сфабриковано для устранения Рамона с поста министра юстиции.
Он угрожал монополии судейских на власть.
Важную работу по ограничению всевластия суда и возвращению Израиля к положению, существовавшему в Земле Израиля во времена царств, когда судебная власть не доминировала над государственной, вела министр юстиции до последних выборов Аелет Шакед.
Знатоки объяснили мне, что, так как муж Шакед – полковник авиации, всё, связанное с этой семьёй, засекречено, и судейским найти или изобрести какой-то компромат на Аелет мудрено. Кроме того, она – женщина, что в нынешнем мире сексуального неравенства является дополнительной защитой.
Поэтому столь важен успех правых на новых выборах.
В этом случае Шакед сможет продолжить свои реформы, чтобы гармонизировать отношения властей – избранной, государственной и судебной.
Идеального правосудия не существует, если не считать то, что было до потопа, про которое у Лермонтова, обращённое, похоже, к «друзьям» Джефри Эпштейна: «Но есть и Божий суд, наперсники разврата!»
Всё же хотелось бы, чтобы в Израиле была лучшая модель из возможных.
* * *
Борис Гулько
Статья любезно прислана автором