Власть пошла «в разнос»
Предсказуемый отказ в регистрации 15 кандидатам в депутаты Московской городской Думы, представляющим реальную оппозицию, спровоцировал новый виток политического кризиса.
В контекстеМатематика бойкота Для нее это успех. И для Кремля это тоже успех, потому что решаются две задачи. Занимается место, которое пустовало в связи с невозможностью зарегистрировать Навального. И посылается совершенно отчетливый месседж, что все это не всерьез.
20 июля оппозиционерам при активном участии Фонда борьбы с коррупцией Алексея Навального удалось привести под стены мэрии 20 тыс. протестующих. Тогда власти, как московские, так и федеральные, всерьез испугались.
Сначала они не придавали выборам в Мосгордуму большого значения, рассчитывая, что нужное число подписей за отведенный до выборов срок оппозиционные политики собрать не сумеют, и вопрос решится сам собой.
Но оппозиционеры продемонстрировали хорошую организацию и в требуемый срок нужное число подписей собрали.
Мосгоризбирком к такому развитию событий был явно не готов, и начал браковать подписи под явно фальсифицированными предлогами.
Бывший либерал, пошедшая во власть, глава Центризбиркома Элла Панфилова, усиленно пыталась сделать вид, что она здесь ни при чем и от нее ничего не зависит.
В общем, Элла Александровна оказалась в положении политрука из бессмертного романа Владимира Войновича «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина».
Помните, как другие солдаты подговорили Чонкина спросить на политзанятиях у старшего политрука Ярцева: «А правда, что у товарища Сталина было две жены?» На что старший политрук испуганно закричал: «Вы меня в это дело не впутывайте!»
Вот так же и Элла Памфилова на встрече с незарегистрированными кандидатами пыталась убедить, если не их, то саму себя, что во всем виноват Навальный.
А также разъяснила им, что они могут подавать апелляции на отказ в регистрации либо в суды, либо в Центризбирком. Но оппозиционеры об этом и без нее знают, и наверняка так и сделают, хотя и сознают полную бесполезность этого шага.
В контекстеКампания Навального на грани гражданского неповиновения Динамика менялась так: в первую волну подач безальтернативных отказов пришло всего 15 на 100 заявок, 33 митинга перенесли на приемлемую площадку, в 31 случае перенесли время и дату, не прислали ответы вовремя в 3 случаях и еще в 15 перенесли на плохую площадку.
Если бы Элла Александровна заботилась только об исполнении своих конституционных обязанностей, то тогда Центризбирком под ее мудрым руководством должен был бы отменить отказ в регистрации как необоснованный и зарегистрировать всех оппозиционных кандидатов.
Однако Памфиловой слишком хорошо известно, что не допустить оппозиционеров к выборам в Мосгордуму приказал даже не Собянин, а сам Путин.
Ну, а «независимость» российских судов слишком хорошо известна, чтобы ожидать от них отмены решения, продиктованного из Кремля.
Страх власть предержащих в России вполне объясним.
Согласно социологическим опросам, до отказа в регистрации оппозиционные кандидаты в большинстве округов опережали кандидатов «Единой России» и их союзников из числа «системных либералов» с существенным отрывом.
«Системные либералы», пытаясь «слить» протест, распространяют слухи, что, дескать, провал Собянина на выборах в Мосгордуму или его потеря лица в связи с явно мошенническим ходом московской избирательной кампании выгодны, прежде всего, противникам Сергея Семеновича из числа силовиков, которые пытаются не допустить, чтобы либерал Собянин сменил на посту премьер-министра бесцветного «верного путинца» Дмитрия Медведева.
Эту ахинею даже рассматривать всерьез не стоит. С каких это пор Собянин превратился в либерала и начал конфликтовать с силовиками?
И какой смысл Путину менять нынешнего премьера, послушного и бесцветного, на столь же послушного и столь же бесцветного московско мэра?
А когда стало ясно, что протесты не прекратятся, власть приступила к жестким силовым мерам. Навального арестовали и оперативно осудили на 30 суток. Незарегистрированных кандидатов либо задерживали, либо пытались запугать ночными обысками.
И задолго до очередной демонстрации, намеченной на 27 июля, целенаправленно распускались слухи, что Росгвардия и полиция будут жестко пресекать несанкционированную акцию, поэтому на нее лучше не ходить.
Тем не менее, несмотря на все меры властей, демонстрация состоялась и, как и обещали, была жестко разогнана, а около 1,5 тыс. человек арестовано.
По оценке полиции, в демонстрации на этот раз участвовало 3,5 тыс. человек, по оценке организаторов демонстрации — около 10 тыс. Судя по картинкам, которые давали телеканалы, в том числе независимые, истинная величина скорее ближе к первой цифре, чем к последней.
Но в нынешних условиях жесткого полицейского давления и усиленной антипротестной пропаганды и шантажа, даже 4—5 тыс. участников протестов — это весомый успех российской оппозиции.
В контекстеНавальный и дети ОМОН, осатаневший от такой наглости, бил и «паковал» молодежь так же, как и взрослых. Но на фотографиях с места событий видно, что некоторые из задержанных, которых вели с заломленными за спину руками, – совсем дети. Максимум – 14-15 лет.
Теперь уже понятно, что шансы на регистрацию оппозиционных кандидатов близки к нулю, и что протесты будут продолжаться вплоть до 8 сентября и, вполне вероятно, также какое-то время после выборов в Мосгордуму.
Оппозиция может призвать всех, кто ее поддерживает, бойкотировать выборы. Конечно, российское законодательство не предусматривает нижнего порога явки. Но, согласимся, если депутаты Мосгордумы будут избраны при участии в голосовании всего 5-7% от списочного числа избирателей, это будет выглядеть слишком уж несолидно.
Протесты же сейчас, судя по всему, будут подогреваться предполагаемым отравлением Навального.
В спецприемнике у него обнаружилась сильнейшая аллергия, которая грозит ему потерей зрения. Лечащие врачи Алексея Анатольевича прямо намекают на причастность властей к отравлению лидера оппозиции. Если Навальный, не дай Бог, умрет, это может грозить Путину настоящей «русской осенью», только не в Донбассе, а в Москве.
Убийство лидера оппозиции не раз и не два в истории провоцировало революции против авторитарных режимов.
В украинских соцсетях участники Евромайдана недоумевают, почему участники московских протестов не оказывают даже того минимального сопротивления полиции, которое давно уже стало привычным для их украинских коллег. Речь идет о том, чтобы не давать выхватывать товарищей из толпы, не давать сажать их в автозаки, отбивать их из автозаков всеми способами и т. п.
Возможно, причина такого поведения в извечной русской боязни силового сопротивления представителям власти. Но не исключено, что с радикализацией протестов сопротивление демонстрантов полиции будет нарастать.
Действующая власть дошла до такого уровня непопулярности, что разработанные ей изощренные методы фальсификации народного волеизъявления перестают работать.
Путину и компании остаются только силовые методы. С другой стороны, оппозиция, осознав, что возможности даже минимального применения демократических процедур при нынешнем режиме исчерпаны, может перейти к более радикальным, хотя и мирным методам борьбы, вроде демонстраций, забастовок, бойкотов, перекрытию дорог и т. п.
Для того, чтобы что-то изменить в России, надо вывести на улицы Москвы не 20 тыс., а, как минимум, 100 тыс. человек.
Но такое число демонстрантов уже не выглядит абсолютно невероятным в ближайшем будущем.
* * *
Борис Соколов
«День Киев.Ua»