Вне критики за «исламофобию»
Мусульман в Японии практически нет. (Фото: «Nautilus»)
В мире, особенно в Европе, есть страны, переживающие значительные культурные изменения, связанные с мусульманской эмиграцией. Франция, Германия, Бельгия, Голландия служат характерным примером того, как подобная эмиграция вместе с высоким естественным приростом мусульманского населения вносит изменения во все сферы жизни.
В контекстеПочему Япония не попыталась сбить северокорейскую ракету Пхеньян пообещал, что вскоре пройдут испытания новых ракет, которые должны упасть в Тихом океане. В правительстве Японии... продумывают сценарий, при котором японские силы самообороны должны быть в состоянии нанести превентивный удар.
Любопытно, что существует государство, официальная позиция которого в данном вопросе принципиально иная – это Япония.
В том что касается мусульман Страна восходящего солнца сохраняет низкий профиль на всех уровнях. Практически не случаются визиты высокопоставленных политиков из исламских стран в Японию, а японские лидеры крайне редко посещают мусульманские страны.
Связи с исламским миром основаны лишь на интересах вроде нефти и газа, которые Япония вынуждена импортировать.
Официальная политика Японии заключается в том, чтобы не предоставлять гражданства прибывающим в нее мусульманам, да и постоянные виды на жительство также выдаются мусульманам крайне экономно.
В Японии запрещен призыв к исполнению исламских заповедей (дават), мусульманин, занимающийся подобной деятельностью, рассматривается как распространитель чужой и нежелательной культуры. Арабский язык преподается лишь в немногих университетах. Очень сложно импортировать книги Корана. Последовательно и открыто власти прилагают усилия к тому, чтобы не впускать мусульман в страну, даже когда речь идет о врачах, инженерах или управляющих, взятых на работу действующими в стране иностранными компаниями.
Вообще мусульмане, прибывающие в Японию, как правило – наемные работники, приглашенные иностранными фирмами. В Японии считанное количество мечетей. И японское общество ожидает от мусульман, живущих в стране, что они будут молиться дома.
Японские компании, набирающие работников за рубежом, открыто подчеркивают, что не заинтересованы в мусульманах. Мусульманину, оказавшемуся в Японии, будет очень сложно снять жилье и придется столкнуться с крайней настороженностью соседей. В Японии запрещено создавать исламские организации, а появление институтов вроде мечетей и мусульманских школ практически невозможно. В Токио есть лишь один имам.
В отличие от того, что происходит в Европе, очень немногие японцы обращаются к исламу.
Если японская девушка выходит замуж за мусульманина, она будет отвергнута своим окружением – и семьей, и друзьями.
Законы шариата ни в малейшей степени не влияют на японское законодательство. В Японии существуют продукты «халяль», соответствующие мусульманскому закону, но их совсем непросто найти в супермаркете.
В контекстеВ Японии в результате нападения одна школьница погибла, и еще 15 получили ранения В последний день визита президента США в Японию в пригороде Токио произошло кровавое происшествие, сообщает «Нью-Йорк таймс». Мужчина напал с ножом на группу девочек — учениц младших классов католической школы.
Отношение к мусульманам находит свое отражение и в численном соотношении: в Японии 127 миллионов жителей и лишь десять тысяч мусульман – меньше сотой процента. Случаи перехода японцев в ислам единичны.
В стране также есть несколько десятков тысяч мусульман иностранных рабочих, в основном пакистанцев, сумевших попасть в Японию в качестве работников строительных фирм. Однако в силу отрицательного отношения к исламу в обществе они стараются не привлекать к себе внимания.
Причин, объясняющих подобную ситуацию, несколько.
Японцы склонны видеть в любом мусульманине фундаменталиста, не готового освободиться от традиционалистского взгляда и не способного принять современный образ мышления и поведения. Ислам представляется японцам странной религией, от которой любой здравомыслящий человек должен держаться подальше.
Большинство японцев нерелигиозны, однако их национальные традиции основаны на синтоизме с элементами буддизма.
Японская религия тесно связана с национальным мировоззрением, кроме того существует предвзятое мнение об иностранцах как таковых – китайцах, корейцах, малазийцах, индонезийцах. И жители западного мира не являются в данном случае исключением. Одни назовут это «развитым национальным чувством», другие предпочтут использовать термин «расизм». Возможно правда есть и в том, и другом определении.
Японцы отрицают монотеизм и веру в неосязаемого бога, вероятно, потому что их собственное мировоззрение материально и не связано с чувствами. И похоже, что в этом их подход одинаков и к исламу, и к иудаизму. В то же время христианство в Японии существует и не считается отрицательным – вероятно из-за того, что Иисус видится им сходным с Буддой или духами синто.
Самое любопытное в отношении японцев к исламу и мусульманам – они абсолютно не считают себя обязанными оправдываться перед мусульманами за свое негативное отношение к религии Пророка.
Японцы проводят четкую границу между своими экономическими интересами, требующими соблюдения хороших отношений с мусульманскими странами, у которых они вынуждены приобретать нефть и газ, и своей национальной позицией о том, что ислам может подходить другим, но никак не японцам, и поэтому эта религия должна оставаться за пределами Японии.
Японский дипломат никогда не повысит голос и не станет грубо говорить в присутствии иностранцев. Японский чиновник, столкнувшийся с неудобным вопросом об отношении Японии к мусульманам, как правило, постарается уйти от ответа, зная, что правда вызовет гнев, а врать он не может и не хочет. Он улыбнется, но отвечать не станет. В крайнем случае – попросит время, чтобы проконсультироваться с вышестоящим чиновником, зная наперед, что ответа не будет никогда.
В контекстеПекин показал зубы и покусился на Apple Власти Японии решили исключить продукцию китайских компаний Huawei Technologies Co. и ZTE Corp. из госзакупок. Япония не первая страна, отказавшаяся от китайских поставщиков.
Негативное отношение к исламу и к мусульманам охватывает все слои японского общества – от простого человека на улице до общественных организаций и высокопоставленных чиновников, и именно это позволяет Японии оставаться страной без мусульман.
В отличие от других стран в Японии нет «правозащитных» организаций, выполняющих роль агентств помощи для мусульман,
нет в Японии тех, кто незаконно провозит мусульман в страну, чтобы заработать несколько йен, нет и тех, кто обеспечивает им юридическую поддержку в получении вида на жительство или гражданства.
Другая причина, сдерживающая мусульманскую эмиграцию вдали от берегов Японии – это отношение японцев к работнику и работе.
Иностранные рабочие воспринимаются в Японии как негативное явление, поскольку занимают рабочие места самих японцев.
Японский работодатель считает себя обязанным взять на работу японского работника, даже если это будет стоить ему больше, чем трудоустройство иностранца. Традиция связывает работника и работодателя в Японии гораздо крепче, чем в западном мире.
И работник, и работодатель чувствуют взаимные обязательства друг перед другом: работодатель ощущает необходимость обеспечить работнику заработок, в то время как работник чувствует себя обязанным предоставить работодателю плоды своего труда. Такая ситуация не способствует приему на работу иностранных рабочих, в отношении трудоустройства которых мотивация невелика.
Подобный общественный консенсус вместе с официальным подходом в отношении мусульманской эмиграции создает своего рода железную стену вокруг Японии, преодолеть которую мусульмане не в состоянии. Эта стена заглушает и международную критику Японии в данном вопросе. Критика лишена смысла, поскольку не переубедит ни одного японца открыть ворота страны для мусульманской эмиграции.
Японский феномен позволяет сделать важный вывод о существовании прямой связи между национальным самосознанием и эмиграционной политикой.
Народ с развитым национальным самосознанием и ярко выраженным культурным самоопределением не оставляет шанса безработным всего мира проникнуть на территорию своей страны. В то время как народ, чье национальное самосознание слабо, а культурное самоопределение размыто, лишен средств, способных противостоять проникновению чужой культуры, чуждой его стране и государству.
* * *
Мордехай Кейдар
«Еврейский обозреватель»