Из «самой толщи народной»
Каждый раз удивляюсь, насколько несправедлива история, вернее сказать - человеческая память, благодарная и добрая к одним, тем, кто этого вовсе не заслуживает, и недобрая к другим, часто также незаслуженная.
Причины тому могут быть самые различные, но в целом, справедлива максима о том, что историю пишут победители, или же те, кто в данный момент находится у власти. Вот и оказываются героями или великомучениками те, кто таковыми, на самом деле никогда не был, а другие - несправедливо обвинёнными.
И полнится история злодеями стараниями историков и писателей. Как стали, например, таковыми, с лёгкой руки Шекспира Ричард III и Макбет. Сделано это было в угоду тогдашней политической конъюнктуре, ибо гении тоже люди, со всеми присущими им слабостями, такими, как желание угодить власть имущим.
И мало кто теперь, кроме, разве что специалистов, знает, что подлинный, исторический король Макбет звался в народе «Makbeth the blessed», Макбет благословенный.
Или, что король Ричард вовсе не был таким кровавым выродком, каким он выведен Шекспиром.
Чаще же, тем не менее, бывает наоборот - злодеи, тираны, всевозможные выродки и ничтожества предстают героями, исполненными добродетелей. Это естественно, ибо история человечества, преимущественно, жестока и кровава, а потому в ней больше персонажей сугубо отрицательных.
Также понятно стремление тех, кто эту историю пишет, особенно, если они служат власть имущим, представить прошедшие события в духе, комплиментарном режиму. И если таковой режим всегда утверждал, да и продолжает утверждать, что история была славная, была полна великих деяний и свершений, то и быть по сему. А значит и те, кто её вершил, тоже великие и славные, а потому, сообразно духу времени, заслуживают причисления к лику святых.
В России, по крайней мере, всегда было так. Просто, в советское время, пантеон святых выглядел и назывался несколько иначе, чем до и после него.
Как-то уж так вышло, что именно русские святые менее всего заслуживают святости, исходя из их деяний, но именно русская история, как никакая другая ими богата. Начиная со «святой и равноапостольной» княгини Ольги, которая меньше всего являлась таковой. Язычница, по меньшей мере 3 раза прошедшая обряд крещения, она была человеком своего времени, дикого и тёмного и к вопросам веры подходила с позиций языческого прагматизма, меняя её в зависимости от сиюминутной политической выгоды.
Но ведь такой образ княгини никак не вписывается в благостную, сусальную картинку русской истории, а потому и живёт уже в веках образ мудрой и благочестивой правительницы, первой христианки на Руси.
Меньше всего заслуживает причисления к лику святых Владимир Красно Солнышко - насильник и убийца, типичный варварский правитель своего времени.
Настолько же лжива и официальная легенда о том, как князь выбрал православие в качестве новой официальной религии Киевской Руси. Зато, в русских летописях есть другой кровавый палач - Святополк, прозванный окаянным, который таковым, скорее всего, вовсе и не являлся, а обвинение в убийстве Бориса и Глеба следует предъявить его сопернику Ярославу, не менее незаслуженно получившему прозвище Мудрый.
Александр, прозванный Невским - это особый разговор. Он занимает отдельное место в российской, а также в советской мифологии. Орден Александра Невского придуман Сталиным в самые тяжёлые, трагические для Советского Союза дни Второй Мировой войны, как награда полководцам за особые боевые заслуги.
Притом, что сам князь - одна из наиболее зловещих фигур в кровавой и жестокой русской истории.
И дело не только в том, что приписываемых подвигов он вовсе не совершал. Что, скорее всего, не было никакой Невской битвы, а знаменитое сражение на Чудском озере было мелкой пограничной стычкой.
Не был Александр «защитником земли русской», а как раз наоборот - верным слугой захватчиков, ханов Золотой Орды, к которым ездил на поклон. Он ходил вместе с ордынцами на Новгород, а войдя в город жестоко расправился с непокорным населением «овому носа урезаша, а иному очи выимаша».
Александр Невский сознательно пошёл на союз с монголами, чтобы использовать их для укрепления личной власти. В долгосрочной перспективе его выбор предопределил формирование в России деспотической формы правления, той, которую ныне многие называют ордынской.
Да, историю пишут победители, и представляют её в выгодном именно для себя свете, дабы обосновать именно тот характер государства, именно тот способ правления, который они установили. Это, разумеется, относится прежде всего к тоталитарным государствам, к каковым всегда относилась и продолжает относиться Россия.
И да, именно по этой причине канонизируются, каждый раз в духе своего времени, всевозможные выродки, палачи, садисты, те, кто всеми силами способствовал становлению такого государства. Те же деятели, которые стремились придать стране другой вид, направить её по-другому, более человечному пути.
Кровавый выродок Иван Грозный почитается великим государем, так же, как и Пётр I, уморивший четверть населения страны, зато память о Лжедмитрии, Василии Голицине, о тех, кто пытался провести в стране мягкие реформы, чуть ли не проклята.
Недавно Андрон Кончаловский, желая польстить Путину, сказал, что тот-де, вначале сам был западником, но вот народ ему попался не тот, народ не понимает и не приемлет демократию и всегда готов делегировать власть одному правителю. Не думаю, что офицер КГБ мог быть западником, это заведомый нонсенс, но вот, что касается второй части утверждения, Кончаловский безусловно прав. Русский народ не приемлет и не желает никакой свободы и демократии, ибо и то и другое подразумевает личную ответственность и право выбора.
Русский же человек от века привык жить умом барина, каким бы извращённым и мерзким этот ум не был.
Потому и были всегда непопулярны те, кто хотел изменить такой порядок вещей. Потому и ныне побеждает во всех опросах Сталин, оставаясь самой популярной личностью в истории России. И как-бы официальная РПЦ не отнекивалась, стремясь сохранить остатки лица, инициатива причислить самого страшного злодея в человеческой истории к лику святых идёт из «самой толщи народной».
Так же, как сейчас, самую горячую народную поддержку встречает борьба дуры Поклонской с фильмом Учителя «Матильда». Страшно ведь не только мракобесие, идущее сверху. Не менее, если не более страшно встречное движение снизу.
Это ведь именно для них пишется эта самая история, именно для них и с их радостного согласия уроды и мерзавцы оказываются национальными героями.
И так уж вышло, что именно в России, стараниями, как верхов, так и низов, история наиболее несправедлива, как к мерзавцам, вознося их на самый верх в национальной памяти, так и к тем, кто пытался сделать эту несчастную страну лучше.
Страшно, ещё раз повторю, то, что в конечном итоге, эту лживую, несправедливую историю написали при полной поддержке и одобрении российского народа. И никого не смущает нынешний эклектичный вариант истории и идеологии, счастливо сочетающий тоску по советскому прошлому с почитанием российских самодержцев. И, кстати, в этом нет ничего странного - тоталитарный, имперский строй в этой стране оставался всегда.
Вот и стал святым несчастный император, просравший страну, отдавший её на растерзание большевикам.
И в этой его «святости», даже после смерти, не дают ему покоя, отказывая в праве на самое человечное - на любовь.
Они действительно страшны в этой уверенности в своей избранности, преданности палачам, косности и мракобесии. И история их, где палачи причислены к святым, тоже тому свидетельство. Вернее сказать, их версия истории. И они, такие как есть, в который раз скажу, опасны для окружающих, для всего нормального, цивилизованного мира.
За это им рано или поздно, но лучше рано, придётся отвечать. Карфаген должен быть разрушен. Carthago delenda est.
* * *
Игорь Черниховский
«Живой журнал»