Реальная власть в Иране после гибели аятоллы Али Хаменеи перешла к коллективному руководству командиров Корпуса стражей исламской революции, а не к его сыну и преемнику Моджтабе Хаменеи, пишет New York Times на основе интервью с 23 источниками в Иране, включая высокопоставленных чиновников, членов КСИР и людей из окружения семьи Хаменеи.