В Москве побеждает позиция, согласно которой Хафтар слишком зарвался и надо прекращать его поддерживать
В рядах российской власти очевиден раскол по вопросу войны в Ливии, отмечает военный эксперт Павел Фельгенгауэр.
В контекстеМиротворцы по вызову Сообщив на днях, что российские наемники в Ливии «не представляют интересы российского государства», Владимир Путин сказал совершенную правду. Наемники представляют интересы Пригожина. И Хафтар отлично все это понимает или, по крайней мере, чувствует. И время от времени посылает Москву подальше…
Войска признанного ООН Правительства национального согласия Ливии (ПНС) после недели боев овладели крупной военно-воздушной базой Аль-Ватия, находящейся в 140 километрах к юго-западу от столицы страны Триполи.
С 2014 года эта база находилась в руках Ливийской национальной армии (ЛНА) Халифы Хафтара и использовалась для авиаударов по столице, контролируемой ПНС во главе с премьер-министром Фаизом Сараджем.
Сообщается, что силы Хафтара, отступая в спешном порядке, оставили своим противникам из ПНС российские самоходный зенитный ракетно-пушечный комплекс (ЗРПК) «Панцирь-С1» и вертолет Ми-35М.
Кроме того, во время боев за базу были уничтожены еще три «Панциря», грузовик с ракетами для них, а также система радиоэлектронной борьбы (РЭБ) «Красуха» российского производства.
ПНС и ЛНА поддерживаются разными группами стран. В частности, силы Хафтара имеют поддержку в России, а правительство Сараджа опирается на Турцию. Практически сразу после известий о поражении (уже не первом за последнее время) Хафтара, стало известно, что 18 мая президенты России и Турции Владимир Путин и Реджеп Эрдоган провели телефонные переговоры, по результатам которых согласились с необходимостью «скорейшего возобновления бессрочного перемирия и межливийского диалога на основе решений Берлинской международной конференции 19 января 2020 года».
До этого Эрдоган не раз заявлял, что в Ливии действует большое число российских наемников из ЧВК «Вагнер».
Практически одновременно стало известно, что глава внешнеполитического ведомства Евросоюза Жозеп Боррель также в телефонном разговоре с Фаизом Сараджем обсудил новую средиземноморскую операцию ЕС Irini, которая будет заключаться в пресечении незаконных поставок оружия в Ливию.
В контекстеПутин и Эрдоган захватили ключи от Ливии Турция никаких солдат в Ливию на помощь правительству в Триполи формально пока не отправляла. Тем не менее, она с легкостью (тем большей, что сейчас в наступление перешел Хафтар) добилась от своих союзников обязательства соблюдать режим прекращения огня с 12 января.
О подоплеке событий, разворачивающихся в Ливии, обозревателю «Росбалта» рассказал военный эксперт Павел Фельгенгауэр.
— Почему Кремль ввязался в войну в Сирии более-менее понятно — там две российские военные базы и дружественный режим Башара Асада. Но что, на ваш взгляд, Москва забыла в Ливии? Ресурсы?
— Традиционные связи. Особенно по линии Минобороны. Кроме того, Хафтар пока контролирует большую часть ливийской нефти. Хотя там довольно сложная ситуация…
— Мы ведь туда еще и вооружение поставляем — одной из сторон военного конфликта…
— Ну, это вооружение там, те же «Панцири», вообще-то из Абу-Даби (Объединенные Арабские Эмираты). Дело в том, что ОАЭ и, в меньшей степени, Саудовская Аравия поддерживают Хафтара. Кстати Абу-Даби — самый крупный и богатый эмират в ОАЭ, с самой большой армией. Они и направили «Панцири» в Ливию. Наши против этого не возражали.
Надо отметить, что российское отношение к ливийскому конфликту достаточно непростое. Разные ведомства в Москве придерживаются разных точек зрения на него. Министерство обороны РФ поддерживает Хафтара, а МИД и Кремль — не совсем.
— То есть хваленная российская вертикаль власти в данном случае как-то не очень вертикальна…
— Бывает. Это ведомственные различия. Они проявились особенно явно во время январских переговоров в Москве, когда Кремль пытался усадить за один стол переговоров Сараджа и Хафтара. Напомню, Хафтар тогда ничего не подписал и уехал. Минобороны России его поддерживало, а наш МИД за это отчитал.
Формально, как не раз говорил Владимир Путин, мы в Ливии придерживаемся нейтралитета, а про вагнеровцев ничего не знаем, они там, якобы, сами по себе. Однако последнее время в некоторых российских прокремлевских СМИ появились публикации о том, что вагнеровцам там был дан приказ отойти от линии фронта, а Хафтар перестал им платить. При этом наши в Ливии выстраивают отношения и с Сараджем. Так что там, повторю, неоднозначная ситуация.
В ливийском конфликте Турция, Катар, Алжир, Тунис и Италия поддерживают ПНС Сараджа, а ОАЭ, Саудовская Аравия, Греция, Египет и Франция выступают на стороне ЛНА Хафтара. Сирийцы воюют и с той, и, с другой стороны. Соединенные Штаты занимают нейтральную позицию.
В Москве по этому вопросу, как я сказал, формально тоже придерживаются нейтралитета, но на деле единства нет — разные ведомства придерживаются противоположных мнений. Напомню, что глава российского Минобороны Сергей Шойгу неоднократно встречался с Хафтаром и является его сторонником, а министр иностранных дел Сергей Лавров — нет, он не раз публично осуждал действия этого ливийского военного.
— Какая из позиций в Москве сейчас более весома?
— Сейчас, на мой взгляд, преобладает взгляд МИДа, который состоит в том, что Хафтар слишком зарвался и надо прекращать его поддержку. Тем более, стало совершенно ясно, что Триполи он не возьмет. Мне это и раньше было понятно, поскольку за Сараджа воюют бригады Мисураты (третий по численности город в Ливии, — «Росбалт») — а это лучшие бойцы в стране. Кроме того, Хафтар умудрился поссориться и с собственным парламентом, который заседает в Тобруке. В общем, у Хафтара все очень плохо.
* * *
Павел Фельгенгауэр
Беседовал Александр Желенин
«Новая газета»