Почему сорвалось соглашение между США и талибами
Девять раундов многомесячных переговоров между США и представителями «Талибана» вместо соглашения закончились драматической паузой и отставкой Джона Болтона с поста советника президента США по национальной безопасности.
В своих твитах на эту тему Дональд Трамп был необычно многословен и жесток.
В контекстеУйти из Афганистана — с помощью России Ветеран армии США Рей Чарльз пишет, что Вашингтон и Москва как будто обречены на то, чтобы вечно соперничать друг с другом. Однако бесконечная война в Афганистане может стать тем фактором, который сблизит двух соперников.
Седьмого сентября американский лидер возмущенно сообщил: «...ключевые лидеры талибов и – отдельно – президент Афганистана собирались в воскресенье встретиться со мной в Кэмп-Дэвиде. К сожалению, чтобы создать ложные рычаги давления, они [талибы] признались в проведении атаки в Кабуле, в результате которой погиб один из наших замечательных солдат и еще 11 человек. Я сразу же отменил встречу и отказался от мирных переговоров».
Первое, что выглядит невероятной сенсацией: президент США тайно приглашал лидеров «Талибана» в свою резиденцию. Ту самую, что прославилась соглашениями между Израилем и Египтом в 1979 году, подписанными при посредничестве президента Джимми Картера. Спустя много лет он получил Нобелевскую премию мира, прежде всего за Кэмп-Дэвид.
В тот же день в своем пространном заявлении представитель «Талибана» Забихулла Моджахид подтвердил, что талибы действительно получили приглашение Дональда Трампа, переданное через его спецпредставителя по Афганистану Залмая Халилзада.
Талибы должны были прибыть в США еще в конце августа, но отложили приезд до подписания соглашения между США и «Талибаном».
После этого, по словам Моджахида, талибы собирались 23 сентября объявить о начале межафганских переговоров с представителями официального Кабула. Вероятнее всего, это должно было произойти в Осло. Другие страны, претендующие на проведение такой встречи, – это Германия, Узбекистан, Катар, Индонезия.
«Что это за люди, которые убивают так много, чтобы, как им кажется, укрепить свои позиции на переговорах? – продолжал возмущаться Трамп в твиттере. – Они этого не добились, а сделали только хуже! Если они не могут договориться о прекращении огня на время этих очень важных мирных переговоров [в Катаре] и даже убивают 12 невинных человек, то они, вероятно, в любом случае не способны договориться о более значимом соглашении. Сколько еще десятилетий они готовы сражаться?»
Теракт, на который ссылается Трамп, произошел в Кабуле 5 сентября. Подобных ему в прошедшие недели было много. Ответственность за большую часть из них, в том числе за те, где гибли американцы, брали на себя талибы.
Однако гневной реакции президента США, подобной той, что прозвучала 7 сентября, они не вызывали. Почему?
Видимо, потому, что интуиция опытного бизнес-менеджера и несгибаемая устремленность к переизбранию на второй срок подсказали Трампу, что именно сейчас ему нужно сменить курс и попытаться обратить труднорешаемую внешнеполитическую проблему себе на пользу.
Тактика Трампа
В контекстеБлуждающий джихад Летом 2018-го между талибами и «халифатом» развернулись ожесточенные бои на востоке и севере Афганистана с сотнями убитых с обеих сторон. По-видимому, ИГ потерпело серьезное поражение. А в декабре-январе талибы там же, на севере страны разгромили афганскую армию.
Главным пунктом соглашения с талибами должно было стать хотя бы частичное (пять тысяч из 14) возвращение американского контингента из Афганистана, которое Трамп надеялся предъявить избирателям в уже начинающейся предвыборной кампании.
Но сделать это явно не получалось, поэтому американский президент решил хотя бы объявить об этом самым брутальным образом, показав американцам величие их страны.
Примерно в тех терминах, какие он использовал 22 июля на встрече с премьер-министром Пакистана Имран Ханом: «…я мог бы одержать победу в этой войне [в Афганистане] за неделю, я просто не хочу убивать 10 миллионов человек. Если бы я хотел выиграть войну, Афганистан был бы стерт с лица земли».
Разумеется, в Афганистане тогда были возмущены этой бравадой Трампа. В администрации афганского президента Ашрафа Гани потребовали от Вашингтона объяснений, но при этом деликатно предложили урегулировать недоразумение по дипломатическим каналам.
Впрочем, для Трампа обращение к подобной риторике столь же естественно, как принять жаропонижающее при высокой температуре – сразу становится легче.
Два года назад он называл северокорейского лидера Ким Чин Ына «сумасшедшим» и грозил «невиданными ранее испытаниями» за то, что тот «не обращает внимания на голод и убийства своих людей». А спустя год уже нахваливал его, совершая совместную прогулку по северокорейской территории.
Мир уже начинает привыкать к трамповскому стилю внешней политики: сначала довести партнера на переговорах, как на ринге, до состояния грогги, а затем, когда он придет в себя, сжалиться и, источая дружелюбие, добиться принятия своих условий.
Однако сейчас эта тактика Трампа по отношению к Афганистану кажется вынужденной и небезупречной.
Попавшие в СМИ детали подготовленного соглашения Вашингтона с талибами раскритиковали с обеих сторон: и с афганской, и с американской. Также стало известно о серьезных разногласиях в ближайшем окружении президента. Джона Болтона, сторонника жесткой линии в отношении «Талибана», сначала чуть не отстранили от работы над текстом соглашения, а потом и вовсе отправили в отставку.
По всей видимости, причина в том, что он был не согласен с тактикой главного переговорщика США по Афганистану Залмая Халилзада, который готовит сделку с талибами за спиной президента Афганистана Ашрафа Гани.
С другой стороны, как иначе можно вести переговоры с талибами об условиях вывода американских войск, если они готовы прекратить войну против правительства в Кабуле, только если американские войска будут выведены, а само афганское правительство при этом выступало категорически против вывода войск.
Только в последние недели, когда стало ясно, что уход американцев неизбежен, в окружении президента Гани заговорили, что всегда были за окончание присутствия иностранных войск на афганской территории.
Все эти противоречия не мешали Вашингтону много месяцев вести переговоры с талибами.
До разрыва дошло, только когда журнал Time сообщил, что госсекретарь Майк Помпео отказывается ставить подпись на соглашении с «Талибаном». Это случилось на следующий день после теракта в Кабуле. Помпео не устроило отсутствие ясно прописанных условий сохранения ограниченных специальных сил для проведения антитеррористических операций в Афганистане против группировок, подобных «Аль-Каиде».
Кроме того, там ничего определенного не говорится о судьбе нынешнего афганского правительства в Кабуле, а также не прописаны четкие сроки прекращения огня. В этой суматохе среди афганской правящей элиты стали ходить самые невероятные слухи. Например, что теракт 5 сентября устроил не «Талибан», а сами афганские спецслужбы, чтобы сорвать переговоры.
Или что ради того, чтобы все-таки подписать соглашение, Трамп может уволить еще и Помпео и назначить госсекретарем главного переговорщика по Афганистану Залмая Халилзада, этнического пуштуна и близкого президенту деятеля Республиканской партии. Но слухи остались слухами, а в отставку отправился не Помпео, а Болтон, что еще раз напомнило, что в кадровой политике президента Трампа возможно все.
Готовность к войне
В контекстеДжихадисты завоевывают Центральную Азию Уже в 2005 году им удалось снова создать свое государство на северо-западе Пакистана. В Афганистане в 2007 году «Талибан» в той или иной степени был представлен на 54% территории. Совбез ООН признал «Талибан» террористическим движением лишь в 2003 году.
Данная Трампом Халилзаду установка договориться с «Талибаном» казалась настолько безальтернативной, что споры шли только о том, где именно пройдут дальнейшие межафганские переговоры и какие именно страны станут гарантами соглашения США с талибами.
Россия и Китай были, разумеется, среди кандидатов. В Москве почти не сомневались, что документ вот-вот будет подписан, а спецпредставитель российского президента по Афганистану Замир Кабулов подтвердил, что «Талибан» желает видеть Россию в роли гаранта.
Но все это звучало до того, как Трамп отправил миру свой твит.
В Кабуле пресс-служба президента Ашрафа Гани не скрывала своего удовлетворения от того, что Трамп отказался продолжать диалог с талибами и подписывать с ними соглашение: «Настоящий мир наступит только тогда, когда талибы прекратят убивать афганцев, начнут соблюдать режим прекращения огня и будут готовы к прямым переговорам с афганским правительством».
Представитель «Талибана» Муджахид ответил на это категорически: мол, это афганская авиация при поддержке американцев продолжает бомбить мирные афганские села, где гибнут десятки мирных жителей, о чем молчат афганские и западные СМИ.
Сразу же после драматического афганского твита Трампа сохранивший свой пост госсекретарь Помпео 8 сентября заявил, что «США по-прежнему заинтересованы в заключении мирного соглашения с талибами, но не будут двигаться вперед, пока не будет доказательств, что “Талибан” в состоянии выполнить свои обязательства в рамках потенциального соглашения».
Эти увещевания главы Госдепа звучат вполне в духе северокорейской методики Трампа: припугнуть и дождаться реакции.
Но проблема в том, что если Ким Чен Ын в ответ мог разве что провести очередной показательный пуск ракеты куда-то в сторону Западного побережья США, то талибы в Афганистане реально угрожают жизням американцев.
Именно такая угроза прозвучала в заявлении представителя «Талибана» Забихуллы Моджахида, обещавшего продолжить джихад против иностранного военного присутствия в Афганистане до полной победы или до окончательного вывода всего западного контингента из страны.
Он напомнил, что такая война ведется уже 18 лет – с тех пор, как началась военная операция США в Афганистане в 2001 году.
Тогда, спустя несколько месяцев после терактов 11 сентября, устроенных «Аль-Каидой» в Нью-Йорке и Вашингтоне, американские войска в союзе с Северным альянсом Афганистана вынудили талибов уйти из Кабула.
Сегодня радикальная часть «Талибана» вновь дает понять, что его боевики готовы воевать и вернуться в Кабул победителями, как это было в 1996 году, если американцы не пойдут на соглашение с ними. Готовится к войне с талибами и новое поколение боевиков Северного альянса.
Сын Ахмад Шаха Масуда, легендарного лидера афганских северян, 18 лет со дня гибели которого торжественно отметили в Кабуле 9 сентября, Ахмад Масуд-младший уже готов возглавить сопротивление талибам. В Афганистане вновь заговорили о возобновлении гражданской войны, которая с небольшими перерывами продолжается уже больше 40 лет.
Неизбежное соглашение
В контекстеБолезненный конец советника, который хотел больше, чем Трамп Ось Болтон-Трамп изначально была противоестественной. Трамп, который хочет избавиться от всех международных обязательств США в мире, оставить Афганистан и Ирак, выйти из НАТО; и Болтон, который хочет усилить присутствие США в любой точке мира.
По сути, афганская ситуация не оставляет Вашингтону значительной свободы маневра. Соглашение с талибами так или иначе придется подписывать.
Но «Талибан» далеко не един. Одна его часть, во главе с заместителем лидера движения муллой Барадером, который участвовал и в межафганских консультациях в Москве и возглавлял делегацию талибов на переговорах в Дохе, по всей видимости, не будет участвовать в будущем межафганском диалоге с представителями официального Кабула.
Вместо него талибы планировали, не без участия их пакистанских кураторов, создать вторую переговорную команду, чтобы переговорщики в Осло не были связаны соглашением с американцами, подготовленным переговорщиками «Талибана» в Дохе.
Команда Осло, как указывают источники, может представлять радикальные группировки талибов в юго-западной провинции Гильменд и шуру (совет) «Талибана» в пакистанской Кветте и будет вести переговоры с официальным Кабулом с позиции силы, причем не станет торопиться.
Наконец, открытым остается вопрос о проведении президентских выборов в Афганистане, назначенных на 28 сентября после того, как их откладывали уже дважды.
Единственный, кто заинтересован в этих выборах, – это нынешний президент страны Ашраф Гани, полномочия которого истекли еще несколько месяцев назад.
В июле участвовать в выборах отказался бывший советник президента по национальной безопасности Ханиф Атмар, пользовавшийся поддержкой Москвы.
Сомневается в необходимости их проведения и глава исполнительной власти Афганистана (в реальности это внеконституционный пост премьер-министра страны, учрежденный ради компромисса после предыдущих президентских выборов, итоги которых не признал лидер оппозиции) доктор Абдулла Абдулла. Интересы мирного процесса сегодня выше электоральных, заявил он на днях.
Очевидно, Абдулла имел в виду, что итогом переговоров с «Талибаном» может стать формирование переходного правительства, которое исключает избрание главы государства.
Нет уверенности, что нынешние афганские власти имеют достаточно финансовых средств для проведения выборов. Не меньше сомнений и в том, что администрация президента Гани способна обеспечить безопасность в ходе выборов.
Парламентские выборы в октябре 2018 года были отмечены чрезвычайно высоким уровнем кровопролития – в результате терактов, устроенных талибами, только по официальным данным погибли 27 человек.
По всей видимости, не станут исключением и будущие президентские выборы, если Кабул решится на их проведение.
Свобода террористических действий «Талибана», которую он демонстрирует даже в хорошо охраняемых дипломатических кварталах афганской столицы, тому свидетельство.
Хороших ходов для мирного решения афганской проблемы не просматривается. Остается выбор между плохими и очень плохими. Твиты Трампа не в счет.
* * *
Аркадий Дубнов
Московский центр «Carnegie»