С родителями этот номер не пройдет
Друзья. (Фото: «Nautilus»)
Супер-пупер гуманизм
Так будет поступлено с каждым, кто покусится…
BИ. Ильф и Е. Петров
В контекстеДело Азарии Эльор Азария не признал себя виновным – и тем самым одержал победу над Системой, которая, по своему обыкновению, сделала всё, чтобы склонить его к покаянию. И за это честь ему и хвала – на сей раз не как символу, а как отдельному человеку...
Два события, о которых в последние дни сообщали СМИ: эфиопский бунт с перекрытием дорог, парализовавший всю страну, и поджог квартиры воспитательницы, издевавшейся в яслях над детьми. Что между ними общего?
Как точно выразился адвокат воспитательницы: «Нельзя позволять людям брать закон в свои руки». Да, это так, но есть ситуация, когда люди его берут, не спрашивая позволения. Ситуация, когда люди чувствуют, что закон перестал их защищать.
Вспомним, что привычка доверять свою защиту закону существовала не всегда, она появилась лишь с возникновением государства. Родовое общество знает совсем другой порядок – кровную месть, что тянется из поколения в поколение. Только появление правителя, силой оружия заставляющего признать свою судебную власть, позволяет доверить наказание преступника нейтральной инстанции, прерывая вековую кровавую цепь.
Но условием для успешности ее деятельности является наказание достаточно суровое, чтобы пострадавшая сторона сочла себя удовлетворенной. Какое именно – зависит от места и времени, от традиции и культуры, но оно всегда должно соответствовать правосознанию общества. Преизбыток гуманизма, забота о правах преступника более чем о правах жертвы с неизбежностью вызовет откат в прошлое.
В «Трех товарищах» Ремарка, любимом романе моей юности, есть такой эпизод: Германия, начало 30-х годов прошлого века. На политическом митинге штурмовик убивает Готфрида Ленца.
Друзья убитого на допросе в полиции изображают известный «марш трех обезьян» – ничего не видел, ничего не слышал… А придя домой, достают припрятанное с войны оружие (они все бывшие фронтовые солдаты) и отправляются на поиски того штурмовика. День ищут, другой ищут… на третий одним штурмовиком в городе становится меньше. Они отлично понимают, что если даже и нашла бы убийцу полиция, больше трех лет суд бы ему не дал, да и тех бы не отсидел по очередной амнистии – спасибо, не надо, справимся сами.
Там, где нет надежды на справедливость, в права вступает месть, разворачивающаяся в бесконечную цепь насилия и крови. Пока что арабам на территориях только шины протыкают да на стенах пишут угрозы. Но кто знает, во что все выльется, если ШАБАК и дальше будет на арабское хулиганство глаза закрывать? Если прокуратура продолжит шить дела по трафарету Эльора Азарии?
Кто знает, каким всплеском расовой ненависти грозит обернуться заигрывание с эфиопскими погромщиками? Какую враждебность к религиозной традиции вызывает в обществе безнаказанность беспорядков в Иерусалиме…
Когда суд больше озабочен правами преступника, чем жертвы, когда полиция боится убрать с дороги дебошира, а власть начинает извиняться перед бандитами, общество рискует сорваться в анархию.
А теперь наоборот…
Погодите, медведь, не ревите,
Объясните, чего вы хотите…
К. Чуковский
В контекстеЭфиопская буза в Израиле В Израиле представители эфиопской общины, по-детски не признавая писаного закона, тоже необычайно возбудились более чем законными действиями белого полицейского. Соответственно, в общем и целом, и повели они себя, так же, как и их черные brothers в Америке.
Не успела я вкратце сформулировать, почему не стоит за государство пытаться делать то, что должно и может делать только оно, как тут же прочла сообщение о претензиях к государству с требованием сделать то, что оно делать не может и не должно.
Вспомним на минуточку, что произошло в детском саду (по российским понятиям это даже скорее ясли). Воспитательница нарушила все правила обращения с детьми. Не знаю, были ли эти ясельки зарегистрированы официально (если нет, то государству, видимо, предлагают отозвать лицензию, которой не выдавало, а родители, отдавая малышей в ясли, ее не спрашивали).
Таких яслей в Израиле – пруд пруди, и пользуются ими очень охотно – то ли казенных не хватает, то ли дешевле выходит, то ли то и другое вместе. Но даже если заведение официально зарегистрировано – может ли государство гарантировать отсутствие таких эксцессов? Как ему за всеми уследить? Как сказал приснопамятный Ицхок-Лейбуш Перец: «К каждой кровати городового не приставишь».
За каждой воспитательницей чтоб свой контролер ходил? Не говоря уже о том, в какую это влетит копеечку, почему вы уверены, что среди контролеров таких же бессовестных не окажется? И не обязательно им садистами быть – достаточно, если просто взяточники.
Периодически проверки устраивать? Ну это мы на нашей родной доисторической уже проходили: К нам едет ревизор! Все работу бросают, кидаются наводить марафет, в армии, говорят, даже траву красили… дедовщины это, правда, не отменяло.
В нашем случае тревогу подняли именно те, кто и мог, и должен был это сделать: родители малышей. Откуда взялась камера, все запечатлевшая? Наверняка кто-то из них и подключил, она же копейки стоит, а главное, будь она казенной – знала бы воспитательница, где она стоит да как ее отключают. С родителями этот номер не пройдет. И подкупить их не удастся, и запугать нечем. Поймали, запечатлели, репутацию подорвали, бизнес порушили, жалобу подали куда следует. Чего ж вам более?
Против таких вещей может государство бороться только наказывая пост фактум – также как с дорожными авариями или с карманниками на базаре. Так оно, вроде бы, это делать и не отказывается, но предотвратить, гарантировать, исключить…
Помнится, когда впервые возникла в мире угроза СПИДа, французские студенты демонстрацию протеста устроили, причем, требовали даже не бесплатной раздачи презервативов (хотя цены на них вполне подъемные даже для студенческого бюджета), нет, запретить эту безобразию – и дело с концом!
Господа демонстранты, доблестные сотрясатели воздуха и перекрыватели улиц, чего вы, собственно, требуете? Вот «эфиопы», к примеру, требуют, чтобы им беспрепятственно дозволяли хулиганить и грабить. Не то чтобы я считала исполнение такого требования целесообразным – скорее наоборот – но оно хотя бы технически исполнимо. О вашем и такого сказать нельзя.
Впрочем, если звезды (а тем более шины!) зажигают, значит, это кому-нибудь нужно. Например, некоторым деятелям, у которых вся политическая программа сводится к: «Только не Биби!», – а спросишь их про Газу, про иранские ракеты или про дыру в бюджете, в ответ только «му» да «му», а к чему, почему не пойму. Но и это еще не самое страшное.
* * *
Самое страшное – это активно внедряющееся в головы представление о государстве, которое не может (и главное, не должно!) своих граждан защищать от насилия и хулиганства, от невозможности до полуночи из яслей детишек забирать, которое не имеет права поддержать полицейского в борьбе с беззаконием, зато обязано «эфиопов» и прочих тунеядцев защищать от необходимости самостоятельного добывания хлеба насущного, а родителей – от ответственности за безопасность своих детей.
* * *
Элла Грайфер
«Живой журнал»