Что ей придётся раскрыть?
Государство Израиль, военнослужащие ЦАХАЛа и бойцы «Подразделения 100» заплатили очень высокую цену за преступное поведение Главного военного прокурора.
Нет ни единой причины в мире, чтобы она получила хотя бы один шекель от Государства Израиль до окончательного решения по уголовному делу.
Пока я занимаю пост министра финансов, я приложу все усилия, чтобы заблокировать чрезмерные льготы, которые кое-кто хочет ей предоставить. Вот так просто.
Министр финансов Бецалель Смотрич
Начальник Генштаба Замир бросается на амбразуру и вопреки закону выделяет миллионы Главному военному прокурору, распространившей кровавый навет на бойцов ЦАХАЛа.
Почему?
В двух словах: мятеж генералов.
Судебная система точно так же кидается на амбразуру и всеми возможными трюками и манипуляциями препятствует настоящему расследованию.
Почему?
В двух словах: мятеж юристов.
Ифат Томер-Иерушальми, бывший Главный военный прокурор, находилась ровно на стыке между юристами и генералами.
В точке пересечения верхушки системы безопасности и верхушки судебной системы. Двух систем, которые потеряли ориентиры и зачастую действуют вопреки общественным интересам и ради чуждых интересов верхушки этих структур.
Тех самых, кого по-орэуэлловски называют «хранителями порога».
В контекстеЗа ошибки полагается платить Когда вы с начальником Генштаба поняли, что почва уходит из-под ног, вы поспешили распорядиться начать расследование и обратились к генеральному прокурору Гали Баарав-Миара. Но она, по своим причинам, не спешила ни арестовать прокуроршу, ни изъять её телефон. Более того, она даже помогала ей уклониться от ареста, в том числе в день её исчезновения.
Ифат Томер-Иерушальми заседала в Генштабе, который подрывал политику Нетаньяху и стремился к сделке любой ценой и капитуляции перед требованиями ХАМАСа.
Они систематически сливали информацию против Нетаньяху в обход закона и всех демократических норм.
Они обвиняли Нетаньяху в том, что он бросает заложников по политическим причинам, и действовали в двух основных направлениях, пытаясь навязать свою позицию Нетаньяху и военному кабинету:
систематическое расшатывание поддержки продолжения боевых действий среди общественности и провоцирование международное давления с помощью различного рода утечек.
С высокой долей вероятности — что мы сможем проверить и подтвердить, только если будет проведено настоящее расследование этого дела — кровавый навет на бойцов «Коах 100» был призван служить именно этой цели: нанести удар по международному статусу Израиля как средство, которое позволит администрации Байдена навязать Нетаньяху и правительству Израиля сделку о капитуляции.
В контекстеКак веревочке ни виться Оказывается, разрешение на арест Ифат Томер-Йерушалми должна была дать юрсоветница Гали Баарав-Миара, а она согласия не дала. Обычно в таких серьезных случаях подозреваемых арестовывают немедленно, чтобы они не успели уничтожить улики, договориться о показаниях или не лишили себя жизни. Но это обычно, а для своих есть свой закон…
Явный общественный интерес, моральный долг перед бойцами ЦАХАЛа, статуса Израиля в мировом общественном мнении все это заключается в том, чтобы привлечь Томер-Иерушальми и всех, кто был причастен к этому делу, к ответственности по всей строгости закона.
Но если Томер-Иерушальми будет допрошена как следует и если её будут судить как следует, весьма вероятно, что ей придётся раскрыть всё, что она знает о подрывной деятельности своих коллег по Генштабу и коллег в верхушке судебной системы.
Чем сильнее система борется за то, чтобы заставить замолчать это дело и саму Томер-Иерушальми, тем очевиднее, что интерес общества состоит в том, чтобы расследовать и раскрыть всё до самого конца.
Эрез Тадмор
«Telegram»
«Telegram»
Перевод: Наталья Вейсман