Лозунг «мир через силу» достиг у Израиля предельного выражения
Самолёт-заправщик израильских ВВС: расстояние теперь не фактор. (Фото: «Nautilus»)
Израиль приступил к наземной операции по захвату города Газа. Госсекретарь США Марко Рубио, только что побывавший в стране с визитом, передал наставление - ладно, только побыстрее.
Трампа беспокоит, не что происходит, а как - чем дольше военные действия против ХАМАС и недругов Израиля, тем больше политических издержек для Белого дома. Не фатальных, но доставляющих неудобство.
В контекстеПроджихадизм и просталинизм Во второй половине 1950-х движение борцов за мир, сохранив чиновничье «советское» крыло, лишилось большинства западных кадров. Они растеряли просоветскость и разбрелись кто куда, доказав этим, что были не столько сталинскими наемниками, сколько политическими дилетантами, которые руководились страстями самого дешевого разбора.
Одной из таких «издержек» стал удар израильских сил по Дохе, столице Катара, тесного военно-политического союзника Вашингтона. Целью было вроде бы уничтожение руководителей движения ХАМАС, которые там находятся и ведут через катарских посредников переговоры о судьбе пленников и перемирии.
Судя по всему, задачу не решили, и премьер Израиля Беньямин Нетаньяху задним числом переквалифицировал ее в «посылание сигнала».
Мол, безопасных мест для радикалов нет, Израиль не признает ни за кем права их укрывать. С этим получилось. То, что традиционные политико-дипломатические соображения роли больше не играют, Израиль продемонстрировал.
Спустя почти неделю Лига арабских государств и Организация Исламских государств собрались в Дохе, чтобы заклеймить агрессию и пригрозить Израилю тяжелыми последствиями.
Участники форума объявили о намерении добиваться приостановки членства страны в ООН. Угроза чисто демонстративная, осуществить это на практике невозможно.
Но даже если представить себе реализацию такой инициативы, свои цели Израиль продолжит достигать, опираясь на собственные силы и поддержку США. А она никуда не денется.
Поразительно, что во второй четверти XXI века целый народ (палестинцы) оказывается безнадежным заложником военно-политического и идеологического клинча, разрешают который исключительно силой, никакой реальной дипломатии.
Но, если вынести за скобки моральную оценку, приходится констатировать, что препятствий для воплощения в жизнь израильской линии на сегодняшний день нет.
Также по теме«NewsRu» Нетаниягу о «мега-Спарте» и борьбе за пост главы ШАБАК «9tv» Европа обсуждает заморозку торгового соглашения с Израилем «Детали» Нетаниягу призвал приспосабливаться к изоляции
Два года назад ХАМАС дал Израилю повод для действий, которые без октябрьской резни было бы невозможно обосновать.
Но на израильскую территорию напали, чем радикалы очень гордились, и ограничители оказались отброшены.
Когда сейчас премьер Нетаньяху заявляет, что ведут войну на семь фронтов и готовы ее расширять, это уже не позерство, а целеполагание.
Трамповский лозунг «мира через силу» достиг у Израиля предельного выражения - через силу и только через нее. Это разрыв с политикой, которая в затухающем виде проводилась на протяжении трех десятилетий.
А именно: попытки поселить рядом два государства, основываясь на принуждении Израиля к некоторым территориальным и сущностным уступкам и содействии палестинцам в создании подобия функционирующей государственности.
В итоге не удалось ни того, ни другого, однако никто не мог открыто это признать. Ведь подход соответствовал духу «либерального мирового порядка» и считался (во многом лицемерно) не имеющим альтернативы.
Теперь Израиль полагается на способность применять силу в отношении всех противников сразу. Побочные эффекты и сопутствующий ущерб не берутся в расчет.
Военно-техническое превосходство неоспоримо, и оппоненты существенно ослаблены. Желающих вмешаться для помощи тем, кого бьет Израиль, нет. Политическое противодействие тоже не выходит за риторические рамки.
Государства региона, прежде всего арабские монархии, но и Турция, понимают изменившийся баланс сил, рисковать не собираются.
В контекстеБудет ли новая война с Ираном? Для режима это экзистенциальная угроза: жажда может довести народ до бунта быстрее, чем инфляция или безработица. Что делает власть в таких ситуациях? Переключает внимание на внешнего врага. Война может стать способом оттянуть внимание, «переселить» часть населения в районы с водой и тем самым отсрочить катастрофу.
Наглядный урок для американских союзников в регионе - случись что, Израиль для США при любых обстоятельствах важнее всех остальных. Хотя Трамп пожурил Нетаньяху за удар по Катару, мер не принято.
Насколько заранее в Вашингтоне знали об операции, неясно, но, видимо, все же знали. Препятствовать не стали. Переориентироваться на других партнеров/покровителей державы Ближнего Востока не будут, скорее всего предпочтут вести себя еще более осторожно.
Мнение богатых монархий, что любые вопросы можно решить деньгами, все больше под вопросом.
Но тактика откупиться от проблем и постараться купить лояльность сильных не изменится, просто круг клиентов возрастает в духе многополярного мира. Соответственно, денег понадобится больше.
Считать Израиль победителем? Подрыв военно-политических возможностей основных противников и уверенность важных держав, что с таким соседом лучше не связываться, - результат.
Но мир через силу подразумевает непреходящее состояние готовности к войне. Могут возразить: а разве Израиль когда-то жил иначе?
Да, но такого пренебрежения дипломатическими инструментами, пожалуй, не было никогда. Включая дипломатию в отношениях с патроном, которого теперь ставят перед фактом.
Важное отличие от прошлого: трансформация восприятия Израиля как государства, созданного народом-жертвой одного из крупнейших злодеяний в истории. Это было важным международным фактором.
Израильский ответ на любую критику - сопоставление оппонента с нацистскими преступниками, но эффективность такого на фоне военной активности снижается.
Если противостояние в регионе перейдет в категорию борьбы местных держав за влияние, где Израиль - самый сильный, потому что самый беспощадный, то ставку на силу придется делать уже перманентной.
Пока не появится кто-то, кто еще сильнее. Или у патрона не изменятся приоритеты.
* * *
Федор Лукьянов
«RG.Ru»