Новый статус-кво - не поиск взаимоприемлемых решений, а лишь избегание ненужных коллизий
Российско-американские встречи в верхах неизменно вызывают чрезвычайное оживление. Даже когда обе стороны настойчиво призывают не преувеличивать ожидания и не планировать несбыточное, все равно что-то подобное происходит. Всем хочется чуда.
В контекстеСША критикуют ситуацию с правами человека в России в годовщину убийства Немцова Защитники демократии в России по-прежнему становятся объектами нападений и жертвами убийц, заявил госсекретарь США Блинкен. Глава Госдепартамента в годовщину убийства Бориса Немцова почтил его память.
Встреча президентов Владимира Путина и Джозефа Байдена в Женеве имеет шанс стать вехой в отношениях, но не стоит рассчитывать на перелом тренда или воссоздание конструктивного взаимодействия. Речь о другом.
Надо избавиться от совершенно ненормальной, нездоровой и иррациональной атмосферы, сложившейся между двумя странами в последние годы.
Как странно это ни прозвучит, России и США нужна упорядоченная конфронтация - осознание реальных противоречий, их иерархия (что более, что менее принципиально) и хотя бы базовое представление о рамках и допустимых гранях.
На протяжении большей части минувшего десятилетия происходило скатывание в конфронтацию хаотическую, зачастую лишенную разумной мотивации и густо замешанную на обоюдных внутренних страхах. Крайней степени это достигло в период предыдущей американской администрации.
В силу специфики Дональда Трампа, склонного к эпатажу, но неспособного придерживаться договоренностей, российско-американские политические контакты превратились в фарс.
Довершала его истерическая атмосфера внутренней политики в США. В результате, несмотря на взаимное любопытство, которое испытывали друг к другу Трамп и Путин, отношения двух стран пришли в состояние руин.
А если добавить нарастающий дисбаланс на мировой арене в целом и эрозию всех международных институтов, не приходится удивляться, что схема организации взаимодействия Москвы и Вашингтона времен холодной войны стала восприниматься чуть ли не как золотой век.
В контекстеСорвал ли Путин банк? Пока тенденция отчетлива. «Коллективный Запад» ищет пути деэскалации отношений с Россией. Надежды на готовность Кремля следовать понятным для всех правилам — как это делал СССР — рассыпались. Приходится искать новую модель нейтрализации России.
Можно привести множество убедительных аргументов, почему нынешнее взаимное неприятие России и Соединенных Штатов неправильно называть новой холодной войной.
Да, совершенно иные структура международной системы, соотношение сил и отличающийся характер противостояния. Отсутствует внятно сформулированный идеологический конфликт. Но атмосфера вполне сопоставима с холодной войной по степени недоверия.
А главное - не стоит задача совместно решать какие-то проблемы, участвовать в общих проектах. Цель снова одна - минимизация рисков, связанных с военно-политическим соперничеством.
Пожалуй, полноценное размежевание началось десять лет назад во время «арабской весны». Совместная работа 2013 года с уничтожением сирийского химического оружия так и осталась изолированным эпизодом, а
Украина-2014 окончательно зафиксировала новый статус-кво - не поиск взаимоприемлемых решений, а лишь избегание ненужных коллизий.
За пределами вопросов классической безопасности все пошло вразнос.
Основная причина - вплетение в межгосударственные отношения внутриполитических вопросов, точнее - растущее ощущение уязвимости и рисков воздействия извне на внутренние процессы. Россия традиционно крайне болезненно относилась к свойственной США уверенности, что они вправе не только комментировать, а еще и корректировать политику других стран.
Но по мере углубления общественно-политического раскола призрак вмешательства и усугубления кризиса, доходящий до паранойи, накрыл и Америку. Туго завязавшийся клубок страхов, подозрительности и неуверенности в себе привел ситуацию к упомянутому нездоровому состоянию.
В контекстеБайден как главный пропагандист Кремля Нынешний уровень международной конфронтации обеспечит власти почти 100-процентный контроль над Госдумой мобилизационного типа. Эта помощь от Байдена пришлась как никогда кстати. Образ врага, эксплуатировавшийся с 2014-го, начал тускнеть.
Успехом предстоящей встречи станет возвращение к классическим сюжетам конфронтации, в основе которой всегда лежала так называемая стратегическая стабильность.
Пока Россия и США обладают ядерными арсеналами, способными физически уничтожить друг друга, им придется заниматься этими темами.
Если по итогам женевских переговоров Путин и Байден объявят, что поручают профессионалам (военным, дипломатам, ученым) заняться обсуждением новых принципов укрепления той самой стратегический стабильности (с учетом меняющихся видов вооружений, роли киберпространства, роста ядерных игроков помимо двух сверхдержав и пр.), это будет достижением.
Иными словами, во главе угла должна вновь оказаться силовая военно-стратегическая составляющая, та, по которой Россия и Соединенные Штаты, во-первых, сопоставимы друг с другом, во-вторых, обладают уникальным опытом. Да, это прежде всего опыт холодной войны, но в данном случае его обновление и усовершенствование полезно и перспективно.
Все остальное - от региональной геополитики до экономических интересов - играет подчиненную роль. Но может несколько продвинуться в случае успеха по главной теме.
А вот то, что касается вопросов внутреннего устройства государств (Байдена призывают поставить их ребром), должно быть отложено в сторону, поскольку ничего, кроме всплеска острой подозрительности и желания ответить зеркально, это не даст. На словах США этого сделать не могут и не будут.
Но опыт Байдена может прибавить ему гибкости на деле.
* * *
Федор Лукьянов
- главный редактор журнала «Россия в глобальной политике»
«Российская газета»
Иллюстрация публикуется с любезного разрешения Бена Гаррисона