Многим ли эти воспоминания раскроют глаза?
Jerusalem Post публикует очень поучительную исповедь американского журналиста Хантера Стюарта, который в 2015 году впервые приехал в Иерусалим, чтобы освещать арабо-израильский конфликт.
Прибыл он с обычным багажом представлений западной прессы об израильских оккупантах, угнетающих палестинский народ — и, конечно же, с полным набором рекомендаций о том, какие именно уступки, и в какой последовательности, Израилю необходимо осуществить в одностороннем порядке, чтобы завершить тот самый конфликт.
Но когда репортёр увидел ситуацию собственными глазами, провёл сотни часов в беседах с израильтянами и палестинцами, узнал биографии террористов и их жертв, что-то в этой стройной картине мира начало рушиться. Сам по себе террор перестал казаться ему таким уж естественным ответом на «ужасы оккупации», когда он разобрался в мотивациях шахидов и источниках финансирования их подвигов, а заодно и посмотрел на ту самую «оккупацию» вблизи.
По ходу выяснилось, что уступки со стороны Израиля палестинцев на самом деле не интересуют. Никакой компромиссной формулы мирного сосуществования с евреями ни у политического руководства, ни у рядовых жителей Рамаллы и Газы в головах нет. Провозглашение собственного государства в рамках пресловутого Two-State Solution в их картине мира совершенно не является конечной целью. Если они и настаивают на этом решении, то лишь в качестве промежуточного этапа на пути к главному результату — ликвидации Государства Израиль. И «ястребы» из ХАМАСа, возглавляющие Сектор Газы, и «умеренные» правители ООП в Рамалле в этом вопросе совершенно единодушны.
Такой вывод Хантер Стюарт сделал не из брифингов МИДа Израиля, а из собственных разговоров с палестинцами в Рамалле, Наблусе, Тулькарме. Их слова подтверждали данные опросов, которым журналист прежде отказывался верить: 62% жителей Автономии поддерживают террор как средство достижения политических целей. А цель у них, на самом деле, одна, и это вовсе не замораживание строительства поселений, не право на возвращение правнуков тех, кто в 1948 году покинул Яффо и Галилею, не снятие блокады с Газы, Цель — всё та же, что провозглашена Арафатом при создании ООП: полное уничтожение Израиля.
Стоит добавить, что когда Лига арабских государств в 1964 году объявляла об учреждении Организации освобождения Палестины, никаких таких «оккупированных территорий» ещё не существовало в природе. Израиль в ту пору существовал в пресловутых границах 1948 года, зафиксированных в резолюции ГА ООН. Восточный Иерусалим, Иудея и Самария находились в ту пору под властью Иордании. Так что под «Палестиной», подлежащей освобождению, имелись в виду не Рамалла, Наблус и Тулькарм (попавшие под контроль Израиля в ходе Шестидневной войны), а Тель-Авив, Иерусалим и Хайфа, Эйлат и Беэр-Шева. Так сказано в ст. 1–5, 11–14, 16–18, 25–27 и 29 Палестинской Хартии, где прямым текстом утверждается, что на спорной территории после «освобождения» может существовать лишь одно государство, и никаких евреев, приехавших туда или родившихся там после 1947 года, это государство на своей территории не потерпит.
Кто жил там до 1947 — может остаться, но лишь в качестве «палестинца». Иной статус противоречил бы декларируемой задаче полного избавления Палестины от еврейского присутствия.
Хантер Стюарт 🔗 признаётся, что со временем перестал понимать, о каком компромиссе Израиль может договариваться с людьми, стоящими на таких позициях.
Не знаю, многим ли в западной прессе эти воспоминания американского журналиста раскроют глаза на действительное положение дел, но одно безусловно: опубликовав такую колонку в Jerusalem Post, он честно заработал свой волчий билет во многих изданиях, пишущих на ближневосточную тематику. В Газу с Рамаллой ему тоже после этой публикации лучше не соваться.
* * *
Антон Носик
«Живой журнал»